Доктора вызывали? или Трудовые будни попаданки

Но ничего, надо просто потерпеть, если хочу стать кем-то большим, чем простая помощница и поломойка.

Но кроме радости от встречи я чувствовала кое-что еще. Страх Эллин. И не только ее, но и других детей. В этой палате случилось то, что их напугало. Пробуждение магии обострило мои ощущения, сделали интуицию острее во много раз.

Угадав мое настроение, Уголек боднул лбом в лодыжку.

“Интересно… может, давай сегодня попробуем колечко?”

“Ты опять за свое?” — отправила коту мысленный ответ и погладила Эллин по голове.

“А что? Я ведь знал, кому его отдавать”.

Но я была непреклонна. Лучше потерпеть, а Уголек — он слишком резвый экспериментатор.

Мы сели с девочкой на кровать, держась за руки. Другие дети спали, время от времени кто-то ворочался. Там же, у окна, лежал мальчик, которого я осматривала в прошлый раз. Мне бы попасть сюда днем и изучить поведение детей подробней, ночью почти ничего нельзя сделать, а мне жуть как не нравится, как выглядит их мозг при осмотре магическим взглядом.

— Эллин, ты можешь показать, что происходило в мое отсутствие? Просто подумай об этом, ладно? — зашептала я.

Сначала девочка глядела непонимающе, а потом догадалась, что от нее требуют, и согласно закивала. Вспоминая, что делала на практике с нейтом Шеррианом, я положила пальцы ей на виски и закрыла глаза, потянулась мысленно, раскрывая свой разум."

"Верный фамильяр, ощутив выплеск магии, прильнул к ноге и замурчал. Тепло и вибрация расслабляли, выравнивали потоки в магических жилах. Показалось, что кольцо проснулось и стало нагреваться, но Уголек заставил его утихнуть.

Перед глазами вспыхивали смазанные картины — ребенок не мог четко сформулировать мысль, но основное я уловила. Здесь снова была эта противная бабка Яга, она оставила Эллин без ужина за то, что та случайно сломала игрушку. Я слышала, как дети плачут в ее воспоминаниях, как ужасно кричит и обзывает их эта женщина.

Не хотелось долго мучить Эллин и заставлять ее вновь проходить все это, я прервала технику и притянула девочку к себе.

— Ты голодна?

Она закивала. Тогда я сбегала на кухню, нашла булку хлеба, нарезала пару бутербродов с сыром и отнесла это Эллин. Глядя на то, как жадно есть ребенок, мне хотелось что-нибудь сломать — так сильна была злость. Уголек прыгнул на колени и свернулся толстым калачиком, успокаивая.

“Наберись терпения, — отправил мысленное послание. — И ты обязательно придешь к своей цели”.