Прикованная к дому

Я вряд ли в этой жизни маг, да даже если бы и была, все равно не знаю, как этой магией пользоваться.

— А как тебя зовут? — робко спрашивает гость.

Вот тут задумалась. Может, за годы мое имя и стало здесь экзотическим, вот Штен его немного перековеркал на свой лад, и может, так даже лучше? Новая жизнь, внешность и чуть измененное имя?

— Аллиона. А тебя?

— Стас.

О, не так уж сильно тут все изменилось, похоже.

— Приятно познакомиться.

— У нас в городе прямо нашествие иномирцев. Сегодня одного такого громилу все видели.

На нашем не говорит, одежда и внешность чужая.

— Да? И как его тут, не обижали?

— Такого обидишь.

— И что он делал? Любовался красотами? Гулял?

— Ага, и красотами полюбовался, только не теми, и погулял хорошо с нашими дамами. Его как наши одинокие красотки всех возрастов заприметили, так такой ажиотаж начался. Вот ничего не стесняются. Подходили знакомиться, прям дорогу ему перекрывая. В итоге победила одна наша вдова молодая, увела к себе.

О-о, теперь понятно, почему Штену так этот мир понравился.

Разговор за чаем, шоколадом и чипсами потек неспешно и легко. Ненавязчиво расспрашиваю своего нового знакомого о мире, о себе же замалчиваю информацию, увиливая от ответов. Картина вырисовывается интересная. Этот мир действительно когда-то завоевала иномирная армия, присоединив его к череде других ранее завоеванных. Получилась этакая межмировая империя. С приходом чужаков в нашем мире появилась магия, у некоторых людей начали проявляться магические способности, а технология и магия активно объединяться.

В целом завоевание, конечно, было кровавым, но как итог — оно помогло миру развиться и перейти на новый уровень, в целом, он не так сильно и изменился. Сплавы техники и магии куда более экологичные, состояние планеты улучшилось благодаря этому, а еще людей после войны стало гораздо меньше — смерть, многих увели в рабство, а потом, когда все успокоилось, люди чуть ли не толпами уходили в межмировые путешествия — тогда открытые завоевателями проходы были практически бесплатными, а другие миры манили очень и очень многих. Сейчас же путешествия между мирами довольно дорогое удовольствие, не каждый может себе позволить.

По датам, называемым Стасом, получила примерное представление о том, сколько длилась моя не-жизнь. Трудно поверить, но, оказывается, почти двести пятьдесят лет. Конечно, я осознаю, что мое существование приведением было мучительно долгим, да и были у меня провалы в бессознательную тьму, но все равно впечатлена.