Прикованная к дому

Поднимаюсь с виверной на плече к себе наверх и на лестнице сталкиваюсь с Даном.

— Наконец-то! Ты чего так долго в том мире просидела? Я ведь тебя жду, чтобы ты открыла мне портал.

— Ну, я…

— По вампиру своему страдала?

Не успела увернуться, и маг утешающе похлопал меня по голове, не забыв почесать за ушком. В глазах темнеет. Мр-р-р. Гад. Но чесать хорошо умеет. А ведь находясь в горах, я ни разу о Микеле не вспомнила. И говорить Дану о своем новом знакомстве как-то не тянет.

— Ну все, — партнер убирает руку от моих ушей.

Провожаю Дана и открываю ему портал в последний открытый нами мир.

— Так. Как долго займет это дело, не знаю, могу застрять надолго, — говорит маг, прежде чем шагнуть в портал. — Веди себя хорошо, больше не умирай.

Ой, да иди уже. С наслаждением захлопнула за Даном дверь. Все. Можно расслабиться, маг ушел.

В наконец появившееся свободное время занялась домом и его обитателями. Надо ведь восстанавливать прежние контакты. Персонал принял меня нормально, ведь для него особо ничего не изменилось, а мое звание хранителя является гарантом уважительного отношения.

Сегодня было три гостя из нового мира, один остановился в доме, двое отправились на экскурсию по земле. Вполне неплохо для нового портального хода, особенно с учетом того, что рекламой портала так толком и не занялись.

Поздно вечером стало поспокойнее, и я вызвала к себе на разговор Стаса. Управляющий заходит в кабинет с некоторой опаской. Садится за стол. Ждет. Окинув молодого парня строгим тяжелым взглядом, для пущего эффекта и дабы проникся, без лишних слов достаю из ящика бутылку крепкого гномьего коньяка и два бокала. Теперь Стас смотрит и вовсе напуганно.

— Будем знакомиться и общаться, — твердо произношу я.

— Извините. Вы не в моем вкусе. Предпочитаю земных девушек.

Хмыкнула.

— Ты тоже не в моем. Предпочитаю… в общем, не тебя, не волнуйся.

Разговор со Стасом мне предстоит серьезный. Коньяк достала, чтобы дать возможность парню расслабиться. Сегодня я либо уволю управляющего, либо он пойдет на повышение.

— Эх, ладно, — когда я уже начала дремать, вдруг резко воскликнул Стас и озорно улыбнулся. — Чем еще заниматься-то? Пострадать, думая о несправедливости мироустройства, я еще успею на старости. Жизнь ведь одна.