Приказ – огонь на поражение

– То есть без гранат…

В домике Иванова и подтянувшихся следом Глебыча с лейтенантом Серёгой ожидала весьма трогательная сцена. На топчане рядышком сидели Костя и некий упитанный круглый мужчинка, с бородой и… в тюбетейке.

– О боже… – Иванов даже перекрестился. – Это…

– Это оно самое, по-моему, – проявил сообразительность Серёга. – И в тюбетейке!

– Я – резидент, – поспешно пояснил мужчинка, вытягивая вперёд окольцованные хромированными наручниками запястья. – Меня нецелесообразно просто так убивать, я очень ценная фигура…

– Свидетельствую – сам сдался.

– Большой – Второму, – раздался в кармане Иванова голос Петрушина.

– Так вот ты какой, пятнистый олень… – Иванов, продолжая с неприличной пристальностью рассматривать ценную фигуру, вполуха прислушался – на дворе стояла погребальная тишина, ничего там слева уже не гремело и не стукало. – В тюбетейке…

– Большой – Второму!

Иванов, не спуская глаз с резидента, достал рацию.

– На приёме.

– У меня две новости, – убитым голосом доложил Петрушин.

– Давай с хорошей, – разрешил Иванов.

– Ну, мы управились тут. По нулям. Это – хорошая.

– А плохая?

– Пошли смотреть… Гхм… Смотрим – Султан. Готовый… Ну, он же табличку на грудь не вешал… Как понял, Большой?

– Да-а-а, товарищ Петрушин, – протянул Иванов. – Да уж…

– Да кто ж знал-то? Какого хрена вообще он тут делает?

– Интересный вопрос. – «Ценная фигура» неожиданно улыбнулся в бороду – согласитесь, для пленника жест несколько необычный.

– Это он о чём? – Иванов удивлённо поднял левую бровь.

– Да, потом расскажу, – махнул рукой Костя. – Сейчас не это главное. Я вам сейчас такое скажу – упадёте!

Иванов, Глебыч и лейтенант Серёга в ожидании замерли – падать приготовились.

– Это не Вахромеев! – торжественно объявил Костя. – Вахромеев не имел доступа к записи обмена. Это кто-то из чекистов…

Иванов, лейтенант и Глебыч переглянулись и синхронно хмыкнули.

– Что такое? – насторожился Костя.

– Всё нормально. – Иванов достал платок и отёр вспотевший лоб. – Это очень, очень ценная информация. И самое главное – очень своевременная…

Костя Воронцов

17 сентября 2002 г., Хелчу Ме

– Только не говори, что это – жопа!

– А я и не говорю. – Вася отнял от глаз бинокль и болезненно поморщился, поправляя перевязь на раненой руке. – Нормально всё.