Приказ – огонь на поражение

Если, допустим, вы напишете диссертацию об исключительной неисправимости разбойной чеченской нации, с закономерным выводом: бороться бесполезно, нужно либо уничтожить, либо отпустить на все четыре стороны…

– Вы… Гхм-кхм… вы вообще понимаете, о чём говорите?! – От такого неожиданного оборота я на мгновение даже дара речи лишился. – Это же…

– Это вы пока не понимаете. – Глаза моего собеседника внезапно стали колючими. – Но это – вопрос времени. И давайте закончим эту тему. А в завершение хочу напомнить, что при всём богатстве выбора особой альтернативы для вас не существует…

– Значит, от меня ничего не зависит?

– Совершенно, – подтвердил кругляш.

У меня даже не было сил возмутиться. Какой-то легкомысленный на вид толстячок в тюбетейке натравил на меня целую свору своих псов, обложил с ног до головы, отловил и теперь считает, что дело в шляпе.

– Меня потащат по горным тропам?

– Вы страшный пессимист, доктор! Зачем всё время думать о трудностях? Расслабьтесь, они позади. Вы прокатитесь на удобной машине – правда, с завязанными глазами. Затем полетите в комфортабельном самолёте, обычным рейсом, с обычного гражданского аэродрома.

– А если я там начну кричать и всячески привлекать к себе внимание?

– Перестаньте, доктор, это вам не идёт.

– Вот чёрт! Похоже, меня вообще исключили из событийного контекста, нанизанного на мою же персону…

– Да не расстраивайтесь – это всё временно… – Кругляш посмотрел на часы и вежливо спросил: – Вам что-нибудь нужно? Вы скажите, я отдам распоряжение…

– Пару вопросов…

– Да, пожалуйста.

– Вы тогда, на обмене были…

– Был, не вижу смысла скрывать это.

– Насчёт однополой любви на камеру…"

"– Это не моя идея! – Кругляш застенчиво улыбнулся и помахал ручками – открестился от такого непотребства.

– А в чём была ваша идея? Вы, насколько я понял, там были главный?

– Моя идея была проста: вынудить вас добровольно сдаться в плен, – признался мой собеседник. – Это, кстати, зная вас даже заочно, было совсем нетрудно.

– Но я же предлагал!

– Я в курсе. – Кругляш с непритворной грустью вздохнул.