Причины полюбить тебя вновь

— Я думала, ты захочешь отдохнуть или поехать куда-нибудь с друзьями, как в прошлом году. Разве не такие у тебя планы были?

— Точно, — щелкнула сестра пальцами и открыла один глаз, чтобы на меня посмотреть. — А ещё я мечтала выспаться хоть пару дней. Так что, так уж и быть, пусть твоя няня приходит. А я спать.

Сказав это, Арина отвернулась к стене и, как гусеница, укуталась в одеяло так, что торчать осталась одна только черная взлохмаченная макушка.

— Доча, — позвала я снова Настю. — Пора просыпаться. Поможешь мне сделать фруктовый салатик?

— Да, — тут же открыла дочка глаза и улыбнулась, подтвердив мои догадки, что она проснулась ещё до моего прихода в комнату.

— Да.

— И с бананом?

— И с твоим любимым йогуртом, — обняла я и подхватила на руки тянущуюся ко мне дочку.

Детские ручки доверительно обхватили мою шею, а я прижалась губами в пухлой мягкой щечки, выходя из комнаты.

— Не, ну ради фруктового салата и я проснусь, — послышался сзади голос сестры, которая лениво поплелась за нами.

Положив перед дочкой разделочную доску, маленький нож и чашку с помытыми фруктами, я отошла к плите, чтобы снять с неё сковороду с омлетом.

Настя наотрез отказалась принимать помощь Арины, козыряя сама главным из имеющихся у неё аргументов — я сама умею.

Себе и сестре я налила кофе, которая Арина с благодарностью приняла, едва не утопив в кружке лицо, пока втягивала аромат.

— Как ночью с друзьями погуляла? — поинтересовалась.

— Лучше не придумаешь, — ответила та обтекаемо, продемонстрировав мне большой палец вверх.

Что-то не так. Поговорим вечером без Насти.

Сейчас у меня будет другой очень важный разговор, не терпящий отлагательств.

— Настён, — протянула я, когда с омлетом было покончено, и дочка с удовольствием уплетала фруктовый салат, который сама сделала. — Помнишь, я тебе рассказывала о том, что у тебя есть папа, но по серьёзным причинам он пока что не может быть с нами?

— Помню, мам, — кивнула дочка, продолжая есть салат, пока Арина уставилась на меня во все глаза и застыла с недонесенной до рта конфетой.

— Так вот, Настя… — протянула я и застопорилась, не зная, как сказать то, что должна была. Все подготовленные варианты вылетели из головы и летали рядом, но поймать их казалось невозможным. Не мысли, а жужжащие над ухом мухи. — Так получилось, что твой папа — дядя Саша.

— Да?! — округлились глаза дочки, а темные бровки почти сразу нахмурились.