Прелестная дикарка

Очевидно, он решил отложить разговор, пока они не поедят и не расслабятся, но Шинейд начинала нервничать все больше. Она услышала жесткие нотки в его голосе, когда он подошел к ней в общем зале.

— Я думала, что ты хотел поговорить, — напомнила она.

Взглянув на супругу, Блейк заметил напряжение и беспокойство на ее лице. Она выглядела почти так же, как в их брачную ночь, словно ожидала чего-то очень неприятного и желала, чтобы все поскорее закончилось. Он колебался недолго, а затем отложил еду и вино в сторону.

— Шинейд, почему ты больше не носишь штаны? Она удивленно взглянула на него.

— Разве ты не предпочитаешь видеть свою жену в платье?

— Сказать правду?

Она кивнула.

— Нет, — жестко произнес он. — Я предпочитаю видеть тебя обнаженной.

Глаза Шинейд удивленно распахнулись, затем девушка усмехнулась, и он продолжил:

— А если нет такой возможности, я предпочитаю видеть тебя в тех старых, потрепанных штанах, которые облегают каждый выступ твоего тела, каждую линию твоих бедер.

Она тихо рассмеялась его откровенному признанию.

— А еще я предпочитаю видеть тебя счастливой, — продолжал он. — А эта твоя неестественная улыбка, которая больше напоминает оскал, ничего не меняет. Я же вижу, что ты несчастна. А мне так хочется сделать тебя счастливой!

— Но я счастлива, — начала было лгать она. Блейк взял ее за руку.

— Шинейд…

— И ты тоже счастлив. Я ведь слышала, что ты сказал Амори, что, по-твоему, я прекрасна такая, как сейчас.

Блейк совершенно растерялся. Он просто не мог понять, о чем она говорит. Когда это он… «Моя жена прекрасна такая, какая она есть». Слова эхом прозвучали в его голове, и он закрыл глаза. Это был последний аргумент, который он привел Амори и который услышала Шинейд. Но она не слышала начала их дискуссии и решила, что он имеет в виду произошедшие в ней перемены. Ведь в тот момент она была в платье и старалась подражать другим леди.

— Шинейд, я имел в виду, что ты прекрасна такая, какая была всегда, до того как я проснулся. Какая ты была, когда я только увидел тебя. Какая ты и сейчас есть под всеми этими тряпками, которые на тебе надеты.

— Ты так думаешь?

— Да.

— Но, Блейк, я заставила тебя гоняться за мной по всей Шотландии. Я пнула тебя в пах. Я…

— Ну, это не совсем та часть, которую я имею в виду. Хотя это можно назвать самым необычным ухаживанием, — допустил он.