Предел риска

Покусывала губы, пыхтела, но молчала.

Степан откинул голову, упираясь затылком в кресло. Ну, до чего же упертая девушка досталась ему!

— Я не могу иначе, — наконец, вздохнула Ягушка, — Так я чувствую себя нужной хоть кому-то.

Ажуров потер затылок рукой, разминая мышцы. Поднимающаяся головная боль холодила тело, суля неспокойную ночь. Степан поморщился. Подходящие слова отказывались приходить на ум. И все, чего ему хотелось — обнять девчонку. Но судя по ее напряженным плечам, его объятия — последнее, в чем она сейчас нуждается.

"— Когда заболела моя сестренка, я была не намного старше Никиты, — вдруг прошептала Ядвига, — У нас не было денег, мама хваталась за любую работу. Отец сбежал, как только врачи поставили диагноз. Нужна была срочная операция, и мама попросила помощи у сестры отца. Я точно знаю, что деньги у нее были. На тот момент она захомутала какого-то папика и выбирала, какой брюлик больше подходит к цвету ее глаз. «Вы никто» — так ответила она на просьбу мамы. В итоге, сестра умерла.

Ядвига говорила, а Степан и не заметил, что уже давно поглаживает ее сжатую в кулак ладошку. А девчонка и не противилась. Сама подавалась ближе, придвигалась, точно забитый зверек, тоскующий по нечаянной ласке.

— Знаешь, о чем я иногда мечтаю? — тихо прошептала Ягушка, — Понимаю, что так нельзя думать. Но ничего не могу с собой поделать.

— Добрая ты у меня, — улыбнулся Степан, ему вдруг тоже захотелось придушить женщину, оставившую в беде Ягушку.

— Какая есть, — проворчала Ядвига.

Она словно опомнилась, что сидит в полной тишине у Степана в машине. Практически влезла на него. Хорошо, что ноги все еще оставались на сиденье.

Степан распознал то самое мгновение, когда Ядвига собралась вырваться из его рук. Ему было уютно и хорошо. Ее прикосновения дарили покой, расслабляли напряженные мышцы. Он, честно признаться, ловил настоящий кайф. И он будет полным кретином, если отпустит сейчас девчонку.

— Спокойно, Ягодка, — пробормотал Степан, — Очень прошу, не убирай рук. Они у тебя просто волшебные.