Преданный

— Блядь, Роза, — рычит он, его стояк упирается в мои трусики.

— Мы не можем сделать это, не здесь, — он вздыхает, прижимаясь своим лбом к моему.

Я обхватываю его заросший щетиной подбородок, заставляя его посмотреть мне в глаза. Ему тоже больно.

— Почему бы нам просто не сбежать?

Он судорожно втягивает воздух. — Поверь мне, Роза, я провел последние три месяца, обдумывая все варианты, как выпутаться из этого. Пытаясь найти способ вернуться к тебе, чтобы я мог увезти тебя отсюда и мы смогли бы жить своей жизнью на пляже.

Мои глаза наполняются слезами. Я высвобождаю из-под него ноги, и он помогает мне встать. Натягивая платье, я не могу даже взглянуть на него.

— Тогда, наверное, это был наш последний поцелуй.

Я пытаюсь скрыть свое горькое разочарование из-за его отказа.

Мы стоим там в тишине, воздух потрескивает вокруг нас.

Я прочищаю горло, чтобы разрушить чары.

— Мне лучше вернуться, пока дядя Фрэнки не начал меня искать, — бормочу я, и он кивает, делая шаг назад.

— Если я тебе когда-нибудь понадоблюсь, ты знаешь, где я. Я серьезно.

Я усмехаюсь. — Я так не думаю. Тебе нужно планировать новую жизнь. Тебе не нужно, чтобы я приставала к тебе. Я уже большая девочка. Я могу справиться сама.

Может быть, если я произнесу эти слова вслух, он поверит. Я уже начинаю верить, но было бы намного легче, если бы он был рядом и помогал мне бороться.

На его лице вспыхивает обида, и он хмурит брови. Делая шаг назад к нему, я провожу пальцами по его темной щетине.

— Хей. Все в порядке, Лука. Я обещаю тебе. Мы все еще можем быть друзьями? — я мило улыбаюсь ему.

Мы оба знаем, что это никогда не будет вариантом. Это разрывает нас на части. Мы не можем сопротивляться друг другу.

— И я всегда буду благодарна за все, что ты для меня сделал, Лука. Ты изменил мою жизнь, ты вернул меня к жизни. И как бы то ни было, я горжусь тобой. То, как ты защищаешь свою семью. Они не знают, как им невероятно повезло, что ты у них есть.

Он кивает и утыкается лицом в мою ладонь.

— Единственный человек, который делает меня счастливее всего, — это тот, кого я не могу иметь.

— Да, понимаю, иногда всё бывает не так, как хочется, — я наклоняюсь вперед и быстро чмокаю его в щеку, и он втягивает воздух, когда я это делаю.

— Еще увидимся, большая шишка, — шепчу я и толкаю дверь.

Мои каблуки стучат по деревянному полу.