Право на счастье

Кое-кто выгодно расторговаться. Ну а многие привезли своих дочерей в надежде, что тем повезет и они приглянутся господину и заключат заветный контракт. Так что ни в одной более-менее пристойной гостинице мест нет, все давно заказано, — добил меня чертов маг, победно сверкнув глазами. — В трущобах найдутся комнаты, но, надеюсь, вы достаточно благоразумны и не станете рисковать жизнью и репутацией.

Я бы и в затрапезной забегаловке поселилась, лишь бы от тебя с твоим хозяином подальше. Так ведь не отвяжешься.

— Как же так? — вмешалась в разговор Стана. — Мы ведь должны где-то остановиться. Нара Варр сказала, что господин обещал вылечить Тиссу. Он ведь не забудет, не откажется? — Она переплела пальцы и в отчаянии прижала руки к груди.

— Саэр Теомер Борг всегда держит данное слово, — высокомерно изрек несносный тип, — но сам вас разыскивать не собирается, слишком много чести. Доставишь к нему дочь — поможет. И кстати, не мешало бы тебе поторопиться, завтра ей станет хуже.

— Что же нам делать? — В глазах нары Хард начали закипать слезы. — Как поступить?

Вольпен приосанился. Ну вот, кажется, сейчас нам сообщат то, ради чего, собственно, весь спектакль и разыгрывался.

— Благодари саэра Теомера за доброту и заботу, женщина. Господин предлагает вам свое покровительство и приют в родовом имении Боргов. В помещениях для прислуги, естественно.

Мать Тиссы охнула и неразборчиво залепетала что-то признательно-восторженное.

— Согласна? — Мэтр не обратил на бормотание женщины никакого внимания. Он спрашивал именно меня, недвусмысленно показывая, от кого сейчас зависит благополучный исход дела.

Стана тоже об этом догадалась.

— Нара Варр, — она схватила меня за локоть, тревожно вглядываясь в лицо, — понимаю, вам незачем здесь задерживаться, но это всего несколько дней. Вы уже столько сделали для Тиссы, неужели бросите нас сейчас? Не отказывайтесь, умоляю!

Если бы речь шла только о потраченном зря времени, я бы даже не задумалась.

— Нара Хард… — медленно начала подбирать нужные слова, — я очень хочу помочь Тиссе, поверьте…

Женщина мгновенно все поняла и тяжело поникла.