Право на счастье

Шагнула на образовавшуюся дорожку и даже не вздрогнула, когда маленькие молнии, багровая и янтарно-белая, ударили в пол справа и слева от меня. Пространство поплыло, подернувшись рябью, миг — и рядом, мягко ступая тяжелыми лапами, плавно заскользили два гигантских хищника. Кроваво-черный, с пылающими потусторонним огнем глазами, и светло-золотистый, с роскошной гривой, сплетенной из ярких потоков света.

— Койо нейх, Тайо, Хэссаш, — улыбнулась уголками губ.

И къоры откликнулись слаженным басовитым урчанием.

Зал потрясенно загудел, а я продолжала неторопливо двигаться вперед. Туда, где у кресел на возвышении уже стояли, ожидая, главы высших родов. Вольпен и Теомер незаметно отстали, освобождая место позади меня.

Молния… вторая… третья… четвертая…

— Атро… Гиюс… Эйш… Лрох… Койо нейх. Суулхэ…

Я действительно была рада видеть их всех — сплетенного из грозовых разрядов тигра Арвита, покрытого каменной чешуей двухголового ящера Борга, крылатого огненного змея Талейва Омаэ. Даже шакалообразного монстра Эктара, чье нападение на Поединке Стихий чуть не стоило мне жизни.

В ответ на приветствие Лрох виновато ткнулся холодным носом в руку, поднырнул под ладонь, напрашиваясь на ласку, а потом, ощерившись, грозно зарычал на саэра, который чуть «выбился из строя». Бедняга мгновенно побледнел и отпрянул назад, а вместе с ним и все находившиеся рядом.

Так мы и шли. Впереди я, за мной полукругом къоры, а следом за ними Венн с Тео.

При нашем приближении главы высших родов спустились с возвышения.

Что бы они сейчас ни чувствовали, внешне это никак не выражалось — невозмутимые лица, вежливые официальные улыбки. Лишь на дне прозрачно-серых глаз Саварда пряталась нежная усмешка.

— Досточтимые саэры, — разнесся над притихшим залом властный голос Айара, — приветствуйте Избранную Верховной богини…

Айар, Крэаз, Омайэ и Борг первыми склонили головы — чуть заметно, скорее, обозначая движение и давая команду остальным, — и высокородные последовали их примеру.

Кто охотно, кто с затаенной враждебностью, а кто даже не пытаясь скрывать своего негодования, — но они подчинились.

Не мне, нет, и даже не новой непонятной пока богине — главам высших родов, четырем старшим носителям стихий, с которыми были связаны клятвой верности и от которых зависели их жизнь и смерть в прямом смысле этого слова. Четкая иерархия, давным-давно выстроенная саэрами, гарантировала полную лояльность власти и не оставляла места для бунта.