Право на месть

Брат аж дар речи потерял, переводя взгляд на карту земель.

— Ты… в своем уме? До нее же отсюда рукой подать!

— Послушай меня, Дес. Уже сорок лет эти земли — мертвый и бесполезный придаток Империи. Там не растет ничего, не ведется добычи, ни человек, ни зверь, ни даже птица там не способны выжить. Они выжжены настолько глубоко — и не огнем, магией! — что их не под силу восстановить никому. Но Лес согласен даже на них. Унварты создадут там сумеречную зону, а границы будет блюсти сам Скоген-Хозяин. И это будут союзники! В отличие от Самаконы, унварты всегда соблюдали договор честно… Да, это чересчур близко; да, люди по незнанию боятся Леса, но нелюди ведут себя порой гораздо человечнее.

Они яростно спорили еще с полчаса, но аргументы Ронарда были убедительны, он и сам это знал. К тому же, напомнил он брату, без нового договора нет другого выхода: сдержать бесконтрольное распространение Дикого Леса сможет только Нетленное Пламя.

Нердес под напором Ронарда сначала постепенно успокоился, затем задумался.

— Я обсужу это с советниками и приму решение.

— Боюсь, на это нет времени, Дес.

— Чего я еще не знаю? — пристально посмотрел император.

— Пустошь — это условие унвартов. Но еще одно поставил сам Скоген-Хозяин. Оно должно быть исполнено через две недели, не раньше и не позже. Тогда договор вступит в силу, а Скоген станет его хранителем.

Нердес помолчал немного, не сводя с брата глаз.

— Я всегда тебе верил. Но за кого ты борешься сейчас? Точно за меня и Империю? Или за себя? За людей из Леса?

Раньше ответ был бы однозначен. Но сейчас предпочел честно:

— За всех, Нердес. И да, я за двумя зайцами… Но верю, что на правильном пути.

Император глубоко вздохнул.

— Тогда делай, что должно. Уж как-нибудь переживу еще пару недель без зануды-братца, — проворчал он. — Я отдам Лесу Пустошь.

Ронард только кивнул, никак не прокомментировав важнейшее решение.

— И еще. Будь осторожен.

— И ты тоже, Дес. Дошли слухи, будто ты лично собрался проверять границы в восточных водах. У тебя адмиралов мало? Мне кажется, это очень необдума…

— Поучи императора еще, ага. Все, уходи, утомил.