Право на любовь

Стас ничего не стал говорить. Он крепко пожал мне руку, а затем и вовсе обнял, похлопав по плечу. Друг помог застегнуть рубашку, пальцы слушаться категорически отказались. Собрал на затылке так и невысохшие волосы, на секунду прикрыл глаза, попытался сделать глубокий вдох, но ни хрена не вышло! Грудную клетку будто сдавило раскаленными тисками.

– Я не представляю, как ты это вынесешь, – говорит Стас, положив ладонь мне на плечо. – Правда, не представляю. Но, как минимум, один повод не сдохнуть у тебя есть, – его рука сжимается крепче.

 – А еще сотню мы с Арсом постараемся тебе обеспечить. Идем, нас ждут.

Я кивнул, говорить по-прежнему сложно.

Мы покинули квартиру, отправляясь на встречу с высоким начальством выслушивать соболезнования и получать пизды за то, что проморгали теракт.

Сейчас обязательно найдут виноватых. Жестко и показательно накажут, а затем свалят с чувством выполненного долга, не заботясь о том, что чувствуют люди после пережитого, и будут правы! Ведь это мы недосмотрели! Камиль, я и командир разведгруппы.

Это мы виноваты в гибели всех этих людей! От осознания этого вновь подкосились ноги. Меня кинуло на стену так, что я чуть не сполз по ней прямо на бетонный пол. Уперевшись руками и лбом в прохладную поверхность, скрипнул зубами, гася новую волну боли, медленно, с садистским удовольствием расплывающуюся по всему телу.

– Серый, может, врача? – Стас моментально оказался рядом, видя, как меня начинает потряхивать.

– Это я во всем виноват, – произнес не своим голосом, отталкиваясь от спасительной опоры.

 – Не надо было ее слушать! Надо было оставить дома! Они были бы живы, понимаешь?! – Сжимаю кулаки на футболке друга, вновь глотая непрошенные слезы.

Он внимательно на меня смотрит и даже оттолкнуть не пытается.

– Далеко отсюда! В гребаной квартире, которую я купил специально для того, чтобы держать их как можно дальше от всего этого! Я виноват!

Стас молча меня выслушал, затем скинул руки со своей одежды.

– Все сказал? – Он зло смотрит на меня, а я в упор не понимаю, чего злится? Ведь это моя вина.

Только моя! – Пошли, – друг подталкивает меня в спину.

Иду по коридору словно пьяный. Да я сроду так не напивался, а сейчас и без алкоголя ноги двигаться не хотят.

– Ты ни в чем не виноват, – говорит Стас у двери кабинета для совещаний, а затем открывает ее и просто вталкивает внутрь, где несколько пар удивленных глаз ошарашенно уставились на меня.

Глава 4. Сергей

– Явление! – недовольно выплюнул генерал Тимохин.