Пожнешь бурю

Она вытерла глаза и весело посмотрела на него:

– Неужели?

– Уверяю вас.

Элизабет подалась вперед и сказала уже другим, совершенно серьезным тоном:

– Вы хотите сказать, Уильям, будто не знаете, что Мереуин Макэйлис – невеста Иена Вильерса?

У него был такой потрясенный вид, что ответа не требовалось, и, пока Уильям молча переваривал новость, Элизабет разглядывала свои ногти. Увидев, что он снова тянется к бутылке, она раздраженно воскликнула:

– Оставьте, пожалуйста. Вы выпили более чем достаточно.

– Господи, мне нужна еще пара бутылок, чтобы осмыслить это известие, – огрызнулся он, но повиновался.

– Как же вышло, что вы не знали? Об этом говорят во всех гостиных уже не один день.

– Я почти нигде не бываю, – коротко ответил Уильям, снова садясь в кресло. – Итак, моя дорогая, вы явились, чтобы меня поразить, и, должен признаться, вам это удалось. Я вот только думаю, правду ли вы мне сказали, так как слышал сегодня от человека, вполне заслуживающего доверия, что этим летом Мереуин Макэйлис похитили в Глазго и увезли в колонии.

 – Он сделал паузу, внимательно наблюдая за Элизабет. – Как же она может находиться в Лондоне и тем более быть невестой маркиза Монтегю?

Элизабет на секунду замерла, глядя на него сузившимися светло-зелеными глазами.

– Так вот оно что! – понимающе протянула она. – Иен говорил мне по возвращении в Лондон, что ездил в колонии. Я тогда не догадалась, зачем его туда понесло. Он, должно быть, помчался за ней и привез назад.

– Или, – предположил Уильям, – сам выдумал историю о похищении.

 – Заметив недоумевающий взгляд Элизабет, пояснил: – Не понимаете? Вильерсы и Макэйлисы – давние враги. Как маркизу проще всего завладеть всем предприятием? Сочинить какую-нибудь сумасшедшую историю, чтобы сбить братьев с толку, а самому привезти Мереуин в Лондон и принудить к браку! Нет, этого быть не может, – отмел он собственные рассуждения. – Слишком безумный замысел даже для такого, как Вильерс.

– Разве?

– Что вы хотите сказать?

– Мне точно известно, что ни о какой любви между лордом Монтегю и его невестой и речи нет.

Иена, я уверена, влечет к ней в лучшем случае похоть, а Мереуин его просто боится!

Они обменялись понимающими взглядами, одновременно осознав открывающиеся перед ними возможности. Первой заговорила Элизабет:

– Теперь, когда мы знаем правду, все упростилось, и я была совершенно права – нельзя терять ни минуты. Я хочу вернуть Иена, а вас, Уильям, явно интересует его невеста.