Пожнешь бурю

Да, он вполне привлекателен, думала Элизабет, – проницательные карие глаза, прекрасно ухоженные усы, правильные черты лица, но ей нужен только Иен Вильерс, по нему истосковалось ее сердце!

Потом, когда они лежали в постели, ей почти удалось вообразить, что это Иен обнимает и ласкает ее уверенными, умелыми руками, и Элизабет испускала стоны, уже веря, что это он.

Глава 7

– Ну, моя дорогая, не поведаете ли, что это на вас нашло вчера вечером? – сказал маркиз Монтегю, быстро входя в гостиную, где завтракала Мереуин.

"Сердце у нее заколотилось. По правде сказать, сейчас он больше смахивал на шотландского лэрда, в натянутых на длинные ноги коричневые панталонах и черных сапогах, в простой, небрежно наброшенной на широкие плечи куртке из оленьих шкур и в плотных чулках. Однако красивое, мужественное лицо его было строгим, и Мереуин забеспокоилась, поскольку хорошо знала этот решительный взгляд серых глаз.

– Не имею ни малейшего представления, о чем вы толкуете, – тихо проговорила она и демонстративно сосредоточилась на своем завтраке, склонив золотую головку.

– Да ладно вам, – нетерпеливо продолжал Иен, останавливаясь посреди комнаты. – Вы прекрасно понимаете, черт возьми, о чем я толкую. Вы кого-то увидели у Хамфрисов вчера вечером и разволновались. Кто это был?

– В самом деле милорд, – запротестовала Мереуин поднимая голову и изображая невинную улыбку, – я действительно не знаю чем выговорите.

Иен собрал в кулак всю свою волю сурово глядя на прелестное невинное личико и понимая, что эта улыбка специально рассчитана на то, чтобы смягчить его.

– Вы гнусная лгунья, Мереуин.

Она вздохнула:

– Ну хорошо, раз уж вам так хочется. Я увидела в бальном зале мужчину, похожего на одного нечестного человека, с которым вел дела Алекс. Был он помощником нашего поверенного и, как позже выяснилось, прикарманивал деньги, записывая свои траты в расходные книги.

– Эдвард никогда не рассказывал мне об этом, – подозрительно заметил Иен, совсем не уверенный, что она говорит правду, хотя довольно трудно уличить ее во лжи.

– Это было давно, – пояснила Мереуин, сосредоточенно намазывая маслом рогалик. – Я была еще совсем девчонкой, но хорошо запомнила, как он выглядит. Его, разумеется, посадили в тюрьму, но с тех пор минуло немало лет, срок, по-моему, должен кончиться.