Поздравляю,ты допрыгалась

Обе мои кисти фиксирует над головой.

Тяжесть его тела. Запах, который я вбираю в себя и не могу надышаться. Влажные горячие губы на коже…

— Не знаю, железный или нет, но определенно очень твердый, — пока голос и разум меня окончательно не покинули, выдаю я.

— Лисичка, ты сейчас договоришься, рычит Самир, опускаясь поцелуями все ниже.

— Я хочу по-настоящему! — возмущаюсь, когда его язык проходится по внутренней стороне бедер и скользит в самое пекло.

— Лея, имей хоть немного терпения, я не хочу сделать тебе больно, — он касается кончиком языка самого чувственного участка и все возражения замирают на губах.

А сказать мне было что. Не знаю не одного случая в истории, когда от банального лишения девственности, по обоюдному согласию и желанию умерла хоть одна представительница слабого пола. Я уж точно исключением не стану.

Самир вытворяет такое своим ртом, что мои стоны перерастают в крики. Мои ноги на его плечах. На секунду приоткрыв глаза, я зависаю над этой порочной и сексуальной картиной.

"— Смотри на меня, — приказывает мой мужчина. Уже полностью мой. Хочется спросить: «Зачем?». Заставлять держать веки открытыми, когда тебя так штормит на волнах наслаждения это преступление, но я не спорю, потому что его взгляд гипнотизирует, ловит на крючок и не отпускает. Я догадываюсь, что ему даже сейчас необходимо все контролировать. Знать, что со мной все хорошо, убедиться, что нет боли или паники.

Твердое и одновременно бархатное прикосновение внизу. Развожу бедра шире и поддаюсь навстречу. Не ощущаю никакой боли и даже немного теряюсь, неужели не девственница? Где? Как? Когда?

Но это только первую секунду было не больно, а потом все, как у всех. И эта даже радует, а то успела испугаться, что это сделал кто-то другой, а я не помню.

— Ты в порядке? — удивленно смотрит он на мою улыбку.

— Буду, когда ты продолжишь.

— Лея, ты сокровище, — теплая улыбка, согревает сердце, а в следующую секунду он меня целует: жарко, страстно, безумно. Отпускает себя.

Тело заново пробуждается под его ласками, сознание куда-то уплывает. Я комочек нервных окончаний, куда не тронь, по телу проходится разряд удовольствия.

Тихие стоны становятся все громче, а после и вовсе перерастают в крик. Музыкой страсти заполнено все пространство нашей спальни: страстно, горячо, крышесносно.