Повенчанные грозой

– Сегодня вечером? – Андреа не смогла скрыть легкого волнения в своем голосе. – Не знаю. Сэм. Но это… Я не… я хочу сказать, вы уже знаете, что я… Дело в том…

– Сегодня уже седьмой день, Андреа, а это означает, что шесть с половиной дней для меня слишком большой срок. Я мог бы прийти и к вам, если, конечно, вы не против?

– Ах, нет, нет, не надо. Давайте лучше так – я сама к вам заеду и посмотрю, что вы там сделали со своим домом.

Это будет только визит вежливости, цель которого – посмотреть, как выглядит дом, ничего больше, пообещала она себе, кладя трубку телефона и направляясь к машине.

Значит, он принялся за ремонт дома, и его помаленьку признают в Аркадии. Он уже обзаводится друзьями… Что бы это значило?

А значило это то, что после его отъезда ее страдания будут еще горше. Тогда почему же она собирается сейчас ехать к нему?

Да потому, что ей не терпелось увидеть его.

Бака удобно усадили в кресло под сливой, откуда он тут же принялся осуществлять руководство восстановительными работами.

Отис вместе с Брэдом Диксоном обшивали стены комнат изнутри. Большая часть дома была покрыта свежим слоем краски. На крыше, выпрямившись во весь рост, стоял Сэм и внимательно рассматривал ржавые листы жести у себя под ногами.

За прошедшую неделю его волосы отросли еще больше. Сзади они были стянуты резинкой наподобие хвостика, и их влажные от пота колечки курчавились по всей голове, блестя на солнце.

Последние день-два Сэм не брился, поэтому темная щетина делала его похожим на мотоциклиста-рокера.

Его волосы на груди клином спускались вниз по животу, уходя за пояс низко сидящих на бедрах джинсов, обрезанных до колен.

Выбравшись из машины, Андреа увидела, как Сэм низко нагнулся и поднял кожаный плотницкий фартук, дав ей, возможность хорошенько разглядеть его спину – мускулистую, без капли жира, такую же загорелую, как и грудь, и длинные крепкие ноги.

Девушка поймала себя на мысли, что сожалеет о том, что Сэм вынужден быть одетым. Было нетрудно вообразить себе, что находится под его обтягивающими обрезанными джинсами, и она ощутила волну жара, обрушившуюся на нее и вызванную отнюдь не солнцем.

Какое-то короткое мгновение Андреа наслаждалась своими греховными мыслями, прежде чем Сэм повернулся и поймал сосредоточенное выражение ее глаз."

"Его губы растянулись в удивленной улыбке. Он кивнул головой, довольный прочитанным выражением нескрываемого желания на ее лице. Он просунул большие пальцы рук за пояс и замер в ожидании.