Повенчанные небесами, или Моя маленькая тайна

Не понимаю, почему он просто не уйдет. Ведь в комнату в любой момент может зайти отец или даже Даша. Даша… Моя сестра и его невеста, которую мы предали. Оба.

— Дарья сказала, что ты беременна. — Убивает меня на месте.

Боже, ну за что?! Я даже злиться не могу на чрезмерную болтливость своей сестры. Даша настолько эмоциональна и доверчива, что ее общительность выходит мне боком.

— Это ничего не меняет. — Качаю головой для убедительности и пытаюсь вернуть ясность мысли. — Я уже записалась на аборт. — Это явная ложь.

— Аборт? — Бархатные глаза темнеют и становятся практически черными на каменном лице.

— Да, Богдан. Аборт. Или ты считаешь, чтотвоя жена ни о чем не догадается, если мой ребенок вдруг окажется похожим на ее мужа?

— Я поговорю с Дарьей, — произносит решительно.

Дарья… Я не представляю, как теперь смотреть в глаза своей сестре, с которой мы только познакомились и успели подружиться.

— Не смей! Слышишь? — восклицаю и сама подхожу к мужчине, от которого мне нужно бежать как можно дальше. — Это единственное о чем я тебя прошу: я не хочу, чтобы Даша знала о… — Хочу сказать «о нас», но понимаю, что никаких «нас» не было и никогда не будет. — Об этом.

Некоторое время Богдан молчит.

— То есть ты хочешь сделать аборт, чтобы не осталось никаких последствий? — задает вопрос вместо ответа.

Его слова больно бьют по живому.

— Да. Той ночи не должно было быть, — отрезаю.

— Но она была, Юлиана.

В горле застревает ком. Как он может так спокойно говорить об этом? Да, была. И я ни за что не признаюсь, что это была самая лучшая ночь в моей жизни. Но отвечаю совсем другое:

— Мы оба совершили ошибку, Богдан. Поэтому мне лучше уехать. — Отбрасываю все эмоции и чувства. О них я буду думать потом, а сейчас…

— Юлиана, — зовет полным именем.

И от того, как он его произносит, у меня замирает все внутри.

— Послушай меня. Мы с Дашей выросли вместе. Она всегда бегала хвостиком за мной. Даже когда… — замолкает. — Впрочем, это неважно… Но я… Я никогда не чувствовал к ней того, что чувствую к тебе.

Он подходит, и я снова попадаю в плен от его близости. Как же сложно принять действительность такой, какая она есть. И я сглатываю горечь жестокого разочарования.