Бог Боли

Она прикусывает нижнюю губу, как маленькая соплячка, но опускает ногу так, что она упирается мне в бедро.

— Что означает татуировка паука?

— А разве она должна иметь значение?

— Нет, но это необычно, что кто-то вытатуировал такого большого паука на своей коже, поэтому я подумала, может быть, за этим стоит какая-то история.

Я свесил руки через края ванны и откинул голову назад.

— Больше похоже на трагедию.

— Трагедия? — ее голос едва слышен.

Не знаю, из-за этого или из-за мирной атмосферы, но слова вырываются из меня с легкостью, которой я никогда раньше не испытывал.

— Был трехлетний мальчик, чей отец был достаточно могущественным, чтобы к нему и его матери относились по-другому, потому что они были его семьей. Хотя мальчик всегда думал, что на самом деле они не были семьей. Его родители ежедневно ссорились, изменяли друг другу и только на людях вели себя как идеальная пара. Но они оба любили его, поэтому он смирился с этим. Однажды, проснувшись, он узнал, что его отец умер, попав в скандал. Скандал потряс весь город.

Мальчика и его мать преследовали репортеры, незнакомцы, злые враги, недовольные инвесторы, влиятельные недруги и полиция. Много чертовых полицейских и других громил. Они все прибывали и прибывали, как канализационные крысы. Они допрашивали и требовали. Они угрожали и избивали мальчика и его маму. Они конфисковали почти все их имущество, включая его маму. Трехлетний ребенок не должен был помнить все это, но он помнил. В ярких подробностях. Он помнил, как прятался под кроватью, за дверью и в шкафу. Не только от мужчин, но и от своей матери.

Вода капает, и капает, и капает из открытого крана — единственный звук, наполняющий ванную комнату.

Он сталкивается с моими мыслями, превращая их в совершенно мерзкие.

Когда я молчу, низкий голос Анники эхом раздается вокруг меня.

— Почему ему пришлось прятаться от матери?

— Потому что она снова начала пить, и было лучше, если он не вставал на ее пути, когда у нее в руках была бутылка текилы. Сначала она начинала плакать, а потом.

.. выплескивала эту энергию на мальчика. Это продолжалось до тех пор, пока она не перестала выпускать его на улицу, и он не попал в ее жестокий круг жалости к себе, где она не кормила его, не заботилась о нем и оставила его гнить. Пока у нее не появлялось желание снова избить его. Мальчик думал, что его реальность никогда не закончится, но тут пришел ухоженный мужчина и объявил, что банк конфискует последнее, что у них есть, — дом. В тот вечер мать почти не пила.