Посмертная месть

Когда же Тарасовна заикнулась о киллере, Джон усмехнулся:

— Киллер — не проблема, но где гарантия, что на освободившееся место не сядет такой же зануда?

— От кого ты хотел бы получить гарантию: от губернатора или лично от президента России? — съязвила рассерженная мама.

— Не понтируй впустую, — сказал Джон. — Если нет гарантии успеха, значит, ставка на риск не оправдывает средства. Надо искать другой выход. Попробуем отыграться.

— Ребенок! На десяти процентах от дохода сильно не разыграешься.

— Как же в цивилизованных странах играют, где еще меньший процент считается неплохим?

— Там нет прожорливой армии взяточников, как у нас.

— Будто мы расшиковались. Пятый год езжу на одной и той же машине.

— Зато, как персидский шах, гарем содержишь. Вадик тоже в расходах не скромничает. Королевскую квартиру с полным убранством на день рождения своей очаровательной Верочке подарил и в Америке титьки ей отрастил.

— О личных расходах, маман, помолчи! — резко вмешался в разговор Вадим.

— Не затевай скандал в благородном семействе, — одернул младшего брата Джон. — Давайте, не попрекая друг друга, думать. Надо любыми путями сохранить фирму. Если быстренько расплатимся с долгами, выживем?

— Конечно, — сглаживая назревающий конфликт, миролюбиво сказала Алевтина Тарасовна.

— Оформи кредит в коммерческом банке.

— Из одной кабалы лезть в другую? Знаешь, какие там проценты?..

— Займи под меньший процент у Аскольда Пузырева.

— Пузырь заважничал. Не хочу на колени перед ним становиться.

— Усмири гордыню. Игра стоит свеч.

— Дело не в том. Если Аскольд не предложил деньги сам, выпрашивать у него бесполезно. Он отказался принять под свою крышу даже такой пустяк, как игровые автоматы.

— Зря ты с этими игрушками волынку затеяла. Продувшись на водке, на спичках не сэкономишь.

— Как сказать… Чем больше в казино суеты, тем легче объехать контролеров. Говорят, копейка рубль бережет.

— Давно такое было. Теперь тысячи и то пустые, — Джон посмотрел на хмурившегося брата. — Придется, Вадик, нам с тобой добывать презренные бумажки.

— Не вздумайте сами стать киллерами! — встревожилась Алевтина Тарасовна.