Последний день лета

До официального открытия пансионата чуть больше недели. Недочеты нужно устранить хотя бы к среде, чтобы успеть протестировать всю систему.

– Успеем, – заверил Дюков.

Ульяна положила перед ним свернутый лист.

– Это схема расположения камер, на ней сделаны все необходимые дополнения.

Дюков развернул его и оглядел схему.

– Все понятно.

– Итак, до среды надо установить дополнительные камеры и решить все проблемы с существующими.

– Будет сделано.

– Также утрясите вопросы с персоналом. На всех постах должны быть охранники.

– Так точно.

– В понедельник в десять утра совещание у Кирилла Сергеевича. Подведем промежуточные итоги и обсудим организацию работы в день открытия. Вопрос дополнительных постов решим после открытия пансионата. Сейчас пока не до этого.

– Все понял. Разрешите приступать?

– Приступайте.

Дюков сунул под мышку схему и, чеканя шаг, направился к выходу.

Ульяна позвала официанта:

– Посуду уберите и принесите кофе. Я поработаю здесь немного.

Раскрыв папку Дюкова, она углубилась в работу.

Прошло часа полтора. Солнце припекало, дул теплый, но уже по-осеннему резкий ветерок. Ульяне вспомнился инцидент с мертвой птицей, и на душе стало тревожно. Она встала и подошла к ограждению террасы, откуда открывался вид на фонтан и вход в главный корпус, увидела, как на крыльцо поднялась Милана и скрылась в дверях.

У входа стоял фургон, из-за которого вышел Гуров и шаткой походкой тоже направился к входной двери. В перелеске мелькнул Флеер, по двору с ящиком инструментов прошел глухонемой рабочий Герман.

Зазвонил телефон, и Ульяна услышала голос брата:

– Ты где сейчас?

– На террасе работаю с документами.

– Сможешь зайти ко мне?

– Сейчас?

– Да.

– Уже иду.

Она вышла из ресторана, спустилась по лестнице и увидела в вестибюле киношников, которые заполонили весь первый этаж.

– Гена! Скажи хоть ты! Пусть разберутся! В гримваген[2] влезла какая-то чокнутая! – крикнула девушка с хлопушкой. – Нам статистов надо причесывать, а она сидит в кресле.

– Это ваша работа! За что я плачу вам деньги?! – крикнул в ответ Подольский.

Ульяна подошла к ресепшену, где стояла притихшая Руднева.

– Все время задаю себе вопрос, – проговорила администраторша. – Неужели нельзя делать все то же самое, но тихо и организованно?

– Поверьте, такой вопрос возник не только у вас, – улыбнулась Ульяна.

– Они, как бараны, разбрелись по всему зданию. Я не успеваю их контролировать.

– Потерпите.