Без чувств

Маг!

Не слишком сильный, но дара достаточно, чтобы нейтрализовать любого неодаренного человека.

Стефан упал на пол кибитки, спеленатый воздушными струями.

Нет, он мог освободиться почти сразу, но сначала надо было рассмотреть расстановку сил и понять, где находится девушка.

Прикрыв глаза, изображая обморок, мужчина осторожно сканировал пространство.

Аэлины здесь нет, она ощущается дальше."

"Маг — воздушник, но уровень резерва намного меньше, чем у магистра. Рядом еще два человека, обычных, без дара.

— Ловко вы его уложили, мэтр Риско! — восхитился кто-то из двоих артистов.

— Не болтай, неси иглу и чашку, надо взять у него кровь, — резко бросил мэтр. — Мои силы на исходе, еще чуть-чуть и девчонка умрет от болевого шока, я не могу прикрывать ее бесконечно!

— Тогда почему вы не сказали об этом сразу? Можно же было дождаться возвращения ее хозяина и, приложив его покрепче, сразу взять кровь? — возмутился молодой. — А если бы этот дурной не бросился за нами в погоню? Кстати, как он смог нас найти, мы же съехали с тракта?

— Я надеялся, что смогу снять ошейник и так, но оказалось, что одновременно держать рабыню без сознания, прикрывать ее от воздействия магии ошейника и снимать его не получается.

Герцог почувствовал, как что-то укололо его, потом палец сжали, видимо, чтобы кровь скорее бежала.

— Готово, я пошел снимать. Погодите кончать его, вдруг, надо больше крови или что-нибудь еще потребуется? Пусть еще немного поживет.

— Ждем, — лаконично ответил маг.

Стефан тоже ждал — когда в кибитке останется только двое противников.

А затем, вызвав магию, порвал путы и отправил в глубокий обморок того из похитителей, который не обладал даром.

Маг успел почувствовать, что пленник не так прост, и отклониться в сторону.

Стефан одним гибким движением поднялся на ноги.

— Тс-тс-тс, одаренный помогает красть и скрывать ворованное! Что-то новое в специализации магов!

— И не говори, — огрызнулся мэтр Риско, отступая в конец кибитки. — Впервые вижу, чтобы одаренный подрабатывал наемником!

— Значит, нам обоим удалось удивить друг друга, — мурлыкнул герцог. — У меня две стихии, будешь шуметь или дергаться — спалю к Единому.