Без чувств

Аэлина с сомнением посмотрела на мужчину — вот этот рослый, сильный, молодой мужчина с высокомерным взглядом и осанкой аристократа — торговец? Кто в это поверит?

— Да, ты права, это плохая идея, — отреагировал на ее взгляд муж. — Нам надо затеряться среди местных, ничем не привлекать внимание.

— Наемник, — проговорила Лина.

— У наёмников не бывает жён, — отрезал Стефан. — Вернее, бывают, но они их с собой по дорогам не таскают.

И замер, пристально глядя на девушку.

— А идея неплохая.

— Рабыню? — глаза Аэлины расширились. — Но рабство запрещено!

— Только не в Тропиндаре и Андастане. Да, так и сделаем. Всё, иди, плескайся, да поспеши.

Лина бегом отправилась к купели.

Вода приятно ласкала, смывая пот и засохшую на внутренней стороне бедер кровь.

Девушка управилась за десять минут.

Услышав, что жена зовет его, герцог вошел и мрачно посмотрел на купель.

— Придется мыться после тебя, — буркнул он.

Лина возмущенно выдохнула и перевела разговор:

— Здесь всех гостей заставляют мыться в одной ванне?

— Нет. Подразумевается, что я — маг, и воду легко не только подогрею, но и очищу, чтобы следующий мог пользоваться свежей.

- А как очищают воду? Очень долго?

— Будь у меня вся моя магия — пара секунд, — буркнул герцог. — А с теми остатками, что у меня сейчас — провожусь час.

— Расскажи, как очищают воду? — Лина вспомнила, что умеет разделять отвар на, собственно, отвар и настойку боритника, удаляя последнюю из бокала.

Мужчина хмыкнул.

— Думаешь, если перетянула мою силу, то вместе с ней обрела и знания? Пожалуйста: надо разделить воду на воду и грязь, а потом грязь собрать в виде осадка и просто удалить из ванны. Я понятно объяснил?

— Понятно, — ответила девушка и подошла к купели.

Конечно, это не бокал, жидкости здесь больше, но почему бы не попробовать?

Закусив губу, Аэлина сосредоточилась, притянула стихию и принялась манипулировать струями. Вода всколыхнулась, потом стала мутной, затем — прозрачной. Лина перевела дух и продолжила. Удалить осадок не получалось — улетучиваться он не хотел, а зачерпнуть его у нее не выходило.

Муж с отвисшей челюстью наблюдал за происходящим, отказываясь верить, что не спит.