Без чувств

— Милорд?

Мужчина стремительно обернулся, и Лина еле сдержала возглас — в руках у него обнаружилась охапка каких-то розовых цветов.

Герцог положительно не знал, как держать букет, и девушка прикусила губу, чтобы не рассмеяться над его озадаченным и растерянным видом.

— Миледи, — мужчина шагнул навстречу и буквально всунул цветы ей в руки. — Это — вам.

Помялся, пока Лина, обняв стебли, погрузила лицо в бутоны, вдыхая нежный аромат, и выдал:

— Свежесть и чистота этих прекрасных цветов подчеркивают вашу юность и красоту.

Было видно, что герцог заучил этот текст и, старательно воспроизводя его, боялся ошибиться.

Интересно, откуда он его взял?

— Спасибо, так мило! — проворковала Аэлина. — Мне еще никто никогда не дарил цветов.

— Вы достойны большего! Позволите? — магистр протянул руку, приглашая.

Лина вложила свою ладошку в его пальцы, и мужчина, мягко притянув её к себе, поцеловал запястье.

Девушка тихо ахнула и покраснела.

— Милорд!

— Всего лишь, жест учтивости и преклонения перед вашей красотой!

Похоже, Его светлость решил свести её с ума.

— Аэлина, вы позволите себя так называть?

Поколебавшись, девушка наклонила голову в знак согласия.

— Аэлина, — продолжил герцог. — Сегодня вечером к нам на ужин прибудут Их величества. Это огромная честь — император предпочитает принимать пищу у себя дома и не любит наносить визиты.

— Император, — ахнула Лина, пропустив мимо ушей многозначительное «к нам». — Но… Надо же приготовить зал, столовую, гостиную, меню… Единый, какие блюда Их величества не любят?

Неожиданно для себя девушка пришла в большое волнение.

Да, она не хозяйка замка, но, как подопечная герцога, должна помогать в таких делах. Единый, она же совершенно ничего не знает о замке и его прислуге! Какие тут есть запасы? Комнаты?

Лихорадочно вспоминая, какие кушанья подавались на стол императора во время её визитов, она всунула букет обратно герцогу, метнулась к бюро, вытащила лист бумаги, самопишущее перо и застрочила.

Стефан с некоторым удивлением наблюдал за повышенной активностью девушки.

— Аэлина, что это вы пишете? Завещание? Не переживайте, этот ужин вам лично ничем не грозит. Если Его величество останется недоволен, то пострадаю я, а не вы, — он сделал попытку пошутить.

— Мне нечего завещать, — буркнула Лина, — я записываю, какие блюда видела за императорскими трапезами. Надо передать список поварам, ведь они вряд ли знают, что любит Его величество.