Без чувств

В общем, всей своей кухонной прислуге и тем, кто прислуживает на обедах, дай выходной.

Герцог пожал плечами:

— Так понимаю, насчет продуктов и блюд мне беспокоиться тоже не надо?

— Да, мои повара всё устроят.

— Хорошо, я сейчас же отдам все распоряжения.

— Не забудь предупредить миледи. Но сначала найди нормальный букет! — и Его величество отключил визофон.

Букет, да.

Но лучше он сам сходит, на слуг надежды мало.

Магистр в очередной раз переоделся, отдал распоряжения насчет ужина, прибывающих поваров и помощников из замка Его величества и перенёсся на главную улицу, где, как он помнил, были цветочные лавки.

В первой же цветочник всучил ему не один, а три разных букета.

— Но как же, милорд! Любой женщине приятно, если ей подарят цветы днем, следующий букет — вечером и еще один — наутро. Чтобы вам не бегать, возьмите сразу три! Ах, как она будет восхищена! Как благодарна! Милорда ждет незабываемая ночь!

Милорд поморщился — эти бы слова, да Единому в уши! Но нет, о ночи ему, пока, можно только мечтать.

— Эти тунии — нежно-розового с прожилками оттенка и с дивным ароматом — на утро. Вот эти густо-синие арнеоллы — на вечер. А днём преподнесите своей даме вот этот букет из редких красных раний! — трещал цветочник, не замолкая ни на секунду.

Стефан расплатился, решив вернуться в замок сразу от двери лавки.

С отвращением посмотрел на цветы и, всучив два букета камердинеру, приказал сберечь их, но так, чтобы они не маячили у него перед глазами.

После чего, сразу отправился проведать свою подопечную.

К счастью, в последнюю минуту он вспомнил, что решил быть с девушкой сдержанным, учтивым, внимательным, поэтому не стал заходить в её покои через смежную дверь, а вышел в коридор, где, отловил служанку.

— Спроси у миледи, может ли она принять меня, — велел он горничной.

Лина очень удивилась — владелец решил придерживаться правил приличия? И решила, что попробует подыграть герцогу — постарается быть с ним полюбезнее.

— Конечно, проводите Его светлость в гостиную, — распорядилась девушка."

"Первое, что бросилось в глаза, когда она вошла в комнату — взъерошенный герцог, мрачным памятником недовольству стоящий у окна.