Последняя жертва

Это секретная организация людей, которые помогают защищать интересы Мороев и дампиров, держа нас в стороне от человеческого общества.

Естественно, Алхимики делали это не по доброте душевной

Они думали, что мы зло и неестественны для природы. В большинстве случаев, они просто хотели убедиться, что мы находимся вне их общества.

Естественно, сбежавший ""преступник"" вроде меня был проблемой, с которой Алхимики хотели помочь Мороям разобраться.

Голос Дмитрия был властным и командным, когда он снова заговорил, но он не смотрел на меня.

Он был занят сканированием дороги.

— Не имеет значения, что ты думаешь о выборе, который каждый делал для тебя, не важно какой несчастной ты себя чувствуешь во всей этой ситуации, ты знаешь — я уверен, ты знаешь, что я никогда не подведу тебя, когда наши жизни на кону.

Ты доверяла мне в прошлом.

Доверься мне сейчас.

Я хотела сказать ему, что то, что он сказал, было не совсем так.

Однажды он подвел меня.

Когда его превратили в Стригоя, когда он показал, что он не был идеальным.

Но моя жизнь? Нет, он всегда делал все возможное для моей безопасности.

Даже когда он был Стригоем, я никогда до конца не была уверенна, что он сможет меня убить.

В ночь, когда на Академию напали, когда он был обращен в стригоя, он сказал мне безоговорочно слушать его.

Это означало бросить его одного сражаться со Стригоями, но я сделала это.

— Хорошо, — сказала я спокойно.

— Я сделаю все, что ты скажешь.

Просто запомни: не говори со мной больше так снисходительно.

Я больше не твоя ученица

Теперь мы на равных.

Он отвел взгляд от дороги достаточно надолго, чтобы удивленно взглянуть на меня."

"— Ты всегда была со мной на равных, Роза. (прим. перевод.: здесь Дмитрий произносит имя Розы на русском языке — Roza. в английском языке имя Rose звучит, как Роуз, но т. к. изначально в официальном переводе имя было переведено, как Роза, нам трудно сразу уловить разницу).

То, что он использовал это нежное русское прозвище сбило меня с толку и я не смогла ему ответить, но это ничего не значило.

Мгновение — и он снова стал серьезным.

— Там.

Ты видишь ту вывеску кинотеатра? — Я вгляделась в дорогу.

Там было так много ресторанов и магазинов, что их вывески виделись блестящим туманом в ночи.

Наконец, я увидела то, что он имел ввиду.

WESTLAND CINEMA.

— Да.

— Там мы встретимся.

— Мы разделяемся? — Я хотела этого, но не таким образом.