После развода. Новая семья предателя (СИ)

Почти утро, а он решил позвонить? Вряд ли просто сказать “привет” и “как дела?”.

Ему донесли, что я с Наташей поболтала, и он сейчас звонит, чтобы опять накинуть на меня агрессии с угрозами?

Или поделится плохой новостью, от которой у меня все заморозится в душе и потрескается? Нет. Я не хочу слышать о смерти ребенка, потому что после страха меня накроет бессильная ярость."

"— Мам, — бубнит сквозь сон Варя. — Это будильник или тебе кто-то звонит?

— Звонит, — тихо отвечаю я.

И звонит настойчиво.

Варя с закрытыми глазами шарит рукой по моему животу, находит телефон и кладет его мне на грудь:

— Ответишь?

Я неуклюже подхватываю телефон и, задержав дыхание, принимаю звонок.

И на той стороне тоже молчат.

Не кричит и не рычит.

Выдыхает.

Закрываю глаза и шепчу:

— Рома?

Сердце ноет.

Бывший, но родной, и от мое сердце все еще тянется к нему тонкими ниточками. и мне сейчас больно за него.

— Рома, — повторяю я.

— Я просто хотел услышать твой голос.

Я сжимаю смартфон до тихо скрипа корпуса.

Мне, наверное, стоит что-то сказать, но я не нахожу слов, но даже если бы нашла, то они бы застряли в глотке комом слез.

— Я бы хотел, чтобы ты сейчас была рядом.

По щекам скатываются слезы.

Он слишком честный сейчас, и эта честность режет меня острой бритвой и выпускает ручьи крови из сердца.

— Я не могу, — сдавленно отвечаю я.

— Я знаю.

И опять между нами натягивается молчание, как струна.

— Ром, — сиплю я и нарушаю тишину, — только не говори, что…

— Нет, — тихо перебивает он. — Она дышит.

Выдыхаю и сглатываю. Алинка сквозь сон что-то неразборчиво ворчит мне в плечо.

— Ром.

— Что?

— Оставь ты брата и отца Наташи в покое, а?

Раз он мне позвонил, то я все еще могу хоть как-то на него повлиять. Молчит, и мне кажется, что я слышу, как он поскрипывает зубами.

— Тебе легче не станет. Ты же понимаешь это?

Так ничего и не говорит. Неужели он находит спасение в агрессии и жестокости, но тогда бы не было этого звонка перед рассветом.

— Ром, я не прошу тебя быть праведником сейчас, — стараюсь говорить спокойно и уверенно, — но что это изменит? Как это поможет? И ведь не они виноваты, так?

Так и молчит.

— Ром, ты тут? — решаю уточнить на всякий случай.

Может, он в вспышке агресси выкинул телефон в окно?

— Тут.