После

— Доброе утро, — высунулся я из окна. — Хорошо замаскировались.

— Стараемся. Ждали вас.

— Как узнали?"

"— Связь была вчера. Односторонняя, разумеется, — усмехнулся он, заметив мой вопросительный взгляд. — Торжок сказал, что вы сюда выдвигаетесь. Проблема?

— Да, сейчас обсудим.

— Заезжайте во двор, — он показал на распахнутые ворота, вросшие в землю и почти уже скрытые за кустами. — Тут дом более или менее, жить можно.

Оба грузовика стояли в саду, прикрытые маскировочной сетью, с десяти шагов не разглядишь.

— Завтрак есть? — без долгих вступлений осведомился я, выбравшись из машины.

— Шашлык холодный остался. Будете?

— Все будем, только давай.

Зашли в дом, в котором слегка пахло сыростью и трухлявым деревом, Димыч зашел следом.

— Мартын с Лехой спят еще, — пояснил он. — Будить?

— Можно позже, успеем поговорить.

Я так понимаю, что эти двое ночью дежурили, так что пусть выспятся.

Мы уселись за покосившийся шаткий стол, Димыч принес закрытый котелок с кусками шашлыка, перемешанного с холодным луком, выложил мешок черных сухарей, затем развернул сверток с вареными яйцами, пучок зеленого лука, присовокупил к нему баночку с крупной солью, выставил две алюминиевые миски, сказал:

— Чайку поставлю, как раз пора.

Шашлык даром что вчерашний, а пахнет замечательно, сразу аппетит бешеной собакой в кишки вгрызся. Вытащил из кармана нож, из рюкзака вилку, подцепил кусок мяса и раскромсал на три части. Замечательно. Тут же схватил яйцо, облупил по-быстрому, посыпал солью, откусил, макнул в соль пучок лука.

Николай вернулся в дом, растираясь полотенцем на ходу, пожелал приятного аппетита, на что мы ответили кивками и невнятным мычанием.

— У вас тут как было? — спросил я, прожевав.

— Тихо. — Николай накинул рубашку и подсел к столу. — Ни души, как на даче сидим.

— Завтра поедем уже, заканчивается ваша лафа.

— Рассказывай тогда, не тяни.

— Пожрать дай… дача тут у них, а я там как Штирлиц.

— По борделям ходил, небось.

— Был в борделе, — кивнул я. — В «Сказке». Братва авторитетная пригласила.

— И как?

— Каком кверху. Кормят там вкусно, к слову.

— А что тогда здесь жрешь?

— Так это когда было. Кстати, что с «газоном» делать будем? — я показал пальцем за окно. — Тут бросать жалко, возвращаться за ним сюда страшно, а перегнать в Торжок не получится.

— Продать хочешь, что ли?

— Не, я бы хорошему человеку подарил. Ему нужней. Как раз «газон» лучше всего подойдет.