Порванная струна

Сколько чемпионов по боксу и карате погибло от рук мелкой уличной шпаны!

Я, конечно, этой парочке даже не пробовал сопротивляться, только по всегдашней своей привычке ссутулился и скукожился, чтобы казаться еще безобиднее.

В коридоре они переговорили между собой вполголоса и втолкнули меня в ту самую соседнюю дверь, за которой болтали Хомяк с таинственным Пал Палычем.

За дверью оказалась маленькая приемная – примерно такая, в какую я попал первый раз, представившись курьером «Мелкосбыта». Такой же ковер, компьютер, только вместо секретарши сидел чувак с шеей как у бегемота, на которой едва не лопалась пудовая золотая цепь.

"

"– Толик! – обратился Жеребец к «секретарше». – Доложи боссу, что привели крота.

Толик нажал клавишу переговорного устройства и доложил.

Из переговорника раздался уже знакомый мне стариковский голос, который приказал привести меня для личной беседы. Толик махнул рукой, и Жеребец буквально внес меня в кабинет.

Кабинет был самый обыкновенный, ничего особенного: черный стол, несколько стульев и кресел.

За столом в самом удобном глубоком кожаном кресле сидел настоящий карлик. Наверняка его ноги не доставали до пола, хотя под столом их не было видно. Может быть, там стояла какая-нибудь скамеечка. Маленький, сухонький, с почти детскими ручками, он уставился на меня немигающим взглядом глубоко посаженных темных глаз, и мне стало очень неуютно. Похоже было, что этот карлик, где бы он ни находился, приковывал к себе взгляды и мысли окружающих. Исходившая от него аура власти и угрозы была так сильна, что я не сразу заметил второго человека в комнате – того, за кем я наблюдал раньше, моего Хомячка. Хомяк сидел в углу, вжавшись в кресло, и при всех своих внушительных габаритах казался маленьким и незаметным, так действовало на него присутствие Пал Палыча.

– Ну что, голуба, – обратился ко мне Пал Палыч, – попался? Говори теперь, кто таков, откуда взялся на нашу голову, кто тебя подослал следить за нами?

– Курьер я. – Постаравшись, как обычно, сгорбиться и ссутулиться, я затянул старую песню.

 – Курьер из «Мелкокрупносбытснаба»… то есть снабсбыта. Случайно дверью ошибся…

– Курьер, говоришь? – Пал Палыч лучезарно улыбнулся мне и щелкнул на столе какой-то кнопкой.

В углу засветился экран маленького черно-белого телевизора. Я увидел знакомый коридор и собственную персону со спины. Видно было как я, воровато оглядевшись по сторонам, ковыряюсь скрепкой в дверном замке.

– Быстро справился, – одобрил Пал Палыч, – учитывая скудный инвентарь.