Портал на тот свет. Книга 2

- А вот там есть цветочный, только, наверное,  уже ничего нет, ведь завтра Восьмое Марта, наш брат всё расхватал! – махнул рукой иномирянин. – Утром мимозы у метро будут продавать и, может быть, тюльпаны завезут. Или завтра с самого утра ехать на цветочный базар, но там, сам понимаешь, гораздо дороже.

- Эх, - не смог сдержать огорчения Демис – цена его не волновала. Хотелось постучать в дверь илари уже сегодня, но без цветов появляться перед Валерией не хотелось. Тем более,  завтра  местный важный праздник – Восьмое Марта!

- Да, мужик, понимаю! Такой праздник – хоть из шкуры выпрыгни, а букет купи.

Мимозы? Судя по пренебрежению в голосе – какой-то не ценный цветок.  А его девочка достойна самого лучшего!

Поэтому он прямо сейчас вернётся домой, выберет красивое украшение, лучший букет, и утром постучит в дверь.

Сердце замерло, а потом пустилось вскачь.

И раз время на Альрами идёт в два раза медленнее, значит, ему нужно поспешить -  интуиция подсказывает, что тот Гена тоже заявится с утра, поэтому Демис должен быть у Валерии раньше.

"Сердце снова сделало кульбит, но император задавил поднимающуюся панику: пустит в дом или не пустит, захочет поговорить или прогонит – вот когда прогонит, тогда и буду думать, что делать. А сейчас – во дворец, за цветами!

Глава 13

Первое, что Демис увидел, когда очутился  дома – дворецкий с трясущимися губами.

- Ваше темнейшество, в Портальном зале… Там...

Хотя нет, дворецкий был вторым. Первым он увидел собственный кабинет,  откуда, отправив распоряжение насчёт цветов,  перешёл в спальню, намереваясь искупаться. Не успел – помешал заикающийся дворецкий.

Пришлось идти и разбираться.

В приёмнике Портального зала искала пятый угол сухонькая старушка, выдавая такие выражения, что у видавших виды стражей  отвисли и челюсти, и уши.  Краем глаза император заметил, что один из дежуривших при зале магов шевелил губами, повторяя за старушкой наиболее цветистые словосочетания.

Хмыкнув, Демис приблизился к приёмнику и с интересом воззрился на гостью. Вернее, гостя, ибо за магической стеной бесновался ни кто иной, как граф Гортанс.