Попаданка на 30 дней

Я — Фархамит-шиа, посланник богов, вестник их воли!

— Ты — вор, в первую очередь. Куда дел мои вещи?

— Спрятал, — самодовольно сообщил этот гад. — Не для этого мира они. И вообще нам не нужно, чтобы тебя рассекретили. Я, что, зря столько магии потратил? Сейчас почти на нуле. и лишь вера и покровительство помогут мне восстановиться.

— А щелбан не поможет? — спросила я, прищурившись, и поднялась на ноги, наступая на лемура.

— Ты чего это удумала? А-а! Убива-а-ают!

Я изловчилась и схватила его, начав сильно трясти.

Может, из него подобно Нюхлеру Ньюта Саламанадера посыпятся мои вещи? Но нет, правда оказалась куда более жестокой: ничего кроме ругательств из лемура не сыпалось.

— А что это у тебя на шерстке? — неожиданно спросила я и смахнула пару крошек. — Ты что, копался в моих вещах?!

— Да с чего ты взяла? — состроив мордочку оскорбленной невинности, обиженно спросил лемур и попытался незаметно высвободиться.

— Да у тебя рыльце в пушку! То есть крошки от печенек, которые раньше лежали в моем рюкзаке, на мордочке!

Лемур быстренько стряхнул с мордочки улики и сложил лапки на груди, мол, ничего не было, я — вообще-то священный и неприкасаемый.

А мне очень хотелось прикоснуть его... пару раз о стену. Но вместо этого я принялась чесать его против шерсти, так он весь вздыбился, ощерился.

Лемур изловчился и бросился к выходу, я — за ним. Но далеко убежать не успела, в этот момент шторы колыхнулись и в проем вошел Шалопай (или как там его?) и окинул меня удовлетворенным взглядом.

— Очнулась, — констатировал он, и за ним сразу же шагнул бугай. — Ну всё, теперь можем вести её.

— К-куда вести?

— На пир, — спокойно ответил мужчина и первым вышел.

Я хотела убежать, но почувствовала, как тело немеет, а голос пропадает. Краем глаза заметила лемура, который двигал пальцами. Точно его рук дело! Неужели магия? Она действительно существует? Иначе бы как я попала в этот мир...

Меня отконвоировали все те же огромные ручища в сторону крыльца с белыми колоннами.

Окна были закрыты машрабиями, а на потолке коридора красовалась фреска. Определенно, это архитектура востока!

Пока я находилась в ступоре от того, где я вообще оказалась и главное — как, мы остановились у высокой резной двери. Мужичок развернулся ко мне, кивнул кому-то и мне на голову тут же опустилась вуаль, а девушка справа умело её закрепила.

— Так-то лучше. Да озолотятся мои руки.