Архитектор душ

По крайней мере можно было не видеть его постоянно.

Она не смогла заставить себя выбрать комнату для сна. Весь этот дом был для нее местом болезненных воспоминаний. Не имея возможности уйти домой, Лидия осталась ночевать у камина. Алиса, к ее удивлению, последовала ее примеру. Лидия искоса наблюдала за рыжеволосой девушкой, но диалога заводить не хотела.

Дочка Бенуа казалась ей слишком вспыльчивой и резкой. Почему-то Лидия, сама того не желая, воспринимала соратницу по несчастью как ребенка, хотя прекрасно понимала, что между ними не более пары лет разницы.

В доки они отправились рано утром. И там, на ее глазах, случилось то, чего она ожидала, но во что не верила до последнего. Виктор Громов не просто зачитал результаты вскрытия, он представил уряднику Ковалеву неоспоримые, профессионально изложенные факты.

Он не пошел на сделку с полицией, не выбрал легкий путь. Он сделал все по закону.

Лидия хотела бы думать, что это все игра на публику, но… для чего? Чтобы усложнить жизнь себе и своим покровителям в полиции? Чтобы начать расследование, которое никому не нужно? Это не имело смысла.

Когда Громов в очередной раз холодно отбрил Ковалева и, развернувшись, пошел в сторону, она не выдержала. Осмотревшись по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не слушает, девушка быстрым шагом нагнала Громова и поравнялась с ним.

— Зачем? — спросила она сухо.

— Что «зачем»? — уточнил он, даже не удостоив ее взглядом. Он смотрел прямо перед собой, на дорогу. Эта пренебрежительность ее взбесила.

— Посмотри на меня, я вообще-то к тебе обращаюсь!"

"И тут он остановился. Резко, внезапно. Виктор Громов повернулся и посмотрел на нее сверху вниз. И в этот момент Лидия испугалась по-настоящему. Она поняла, что совершила ошибку, ведь она не вправе так с ним разговаривать хотя бы потому, что она ничего не сможет ему сделать, а вот он… он был непредсказуем.

— Я тебя слушаю, Лидия, — сказал он спокойно. В его стальных глазах не было явной угрозы, но в них крылось что-то такое… новое, что она заметила только сейчас. Словно он смотрел не на нее, а куда-то вглубь, внутрь. Словно он изучал ее. Но не как женщину, а скорее… как образец под микроскопом.

Она непроизвольно отвела взгляд, чувствуя себя обнаженной под этим анализирующим взором.