Полный финиш

 — Мне известно, что это несчастье — с Олегом Денисовым — произошло едва ли не на ваших глазах…

— Я надеюсь, вы говорите это не для того, чтобы выбить из меня всю возможную и невозможную информацию? — поспешно вставила я.

— Что вы! Конечно, нет. Нет. Я не об Олеге. Просто… просто сегодня мне прислали замечательное послание, в котором обещают в скором времени устроить преисподнюю. Но это еще ничего. Дело в том, что сегодня взорвался водный мотоцикл с одним из моих охранников и в окно моего сочинского особняка кинули гранату.

— Мило, — отозвалась я. — И что же вы думаете делать по этому поводу?

— Я хотел бы встретиться с вами, Евгения Максимовна. Дело важное. Я не могу рассказать всего по телефону. Но, по всей видимости, то, что произошло с Олегом, и сегодняшние недоразумения — это звенья одной цепи. Я уверен в этом.

— Но я приехала отдыхать, Эдуард Сергеевич!

— Я пока что и не предлагал вам прервать отдых.

— Я всегда говорила вам, Эдуард Сергеевич, что вы на редкость удачно выбираете время, чтобы сообщить столь же приятную информацию, — со сдержанной, даже, если можно так выразиться, строгой иронией произнесла я. — Вы в самом деле убеждены в том, что говорите?

— Да. Разве вы можете припомнить случай, когда я говорил вам то, в чем не был уверен?

— Извините. Хорошо, я согласна. Тем более что на сегодня мы еще не определились с планами.

— Перед вашей гостиницей вас ожидает красная «Ауди» — кабриолет. Там сидит мой человек. Он довезет вас до моего дома. Так мы договорились?

— Да.

— Тогда всего наилучшего, Евгения Максимовна. С удовольствием повидал бы вас при других обстоятельствах, но… пока что не судьба. Впрочем, полагаю, что фортуна не замедлит повернуться к нам тем, чем ей стоит стоять к такой очаровательной женщине, как вы, — наиболее привлекательной стороной.

Эдуард Рощин всегда был джентльменом.

Я наскоро написала записку Воронцову: «Саша, убегаю кое по каким делам. Вернусь вечером. Не волнуйся, все нормально. Целую. Женя».

* * *Сочинский особняк Рощина впечатлял.

Мне приходилось видеть питерский особняк Эдуарда Сергеевича. Надо сказать, что сочинская резиденция крупного петербургского дельца ничем не уступала вотчине Рощина — питерскому дому бизнесмена.