Полное погружение

Рид едва могла заставить себя слушать молитвы и высказываемое сочувствие семье погибшего. Она старалась найти связь с реальностью, черпая силы у стройного ряда пожарных, проходящих мимо, но ничто не могло заполнить пустоту в сердце.

Раздалась заунывная мелодия волынок «О, благодать», и все стихли. Мужественно борясь с подступающими слезами, Рид закрыла глаза и представила, что плачущая волынка забирает её боль. Но когда мелодия смолкла, она почувствовала одну лишь тоску и никакого облегчения.

Начал говорить капеллан.

– На протяжении всей истории жизни пожарных ассоциировались со звоном колокола. Колокол начинает звонить по ним, едва они заступят на службу. Днём или ночью каждый сигнал для них как призыв к борьбе с огнём, зовущий туда, где их жизни требуются для спасения людей. Только когда огонь потушен, звон стихает. Колокол звонит три раза, перед тем как ознаменовать конец. Сегодня наш брат, капитан Джеймс Мэттью Грант, выполнил своё предназначение, свой долг, и колокол звонит три раза в память о нём, отдавая дань его жизни и службе.

– Внимание, – раздалось снова; пожарные немедленно отреагировали. – Караул! – Они размашисто отдали честь.

Раздалось три удара большого золотого колокола. Когда последние отголоски звона растворились в воздухе, одинокий горн заиграл традиционный похоронный мотив.

– Оружие к ноге! – Десятки рук с шорохом опустились вниз, выполняя команду.

Когда почётный караульный осторожно снял с гроба флаг и свернул его традиционным треугольником, Рид сделала шаг вперёд.

Бережно приняв флаг из рук караульного, как положено – одна рука сверху, другая снизу, Рид упёрлась мыском левого ботинка в землю и с характерным щелчком развернулась на сто восемьдесят градусов. Она где-то слышала, что если задержать дыхание, не заплачешь.

Надо проверить.

Она сделала глубокий вдох и собралась с духом. Мягкая ткань под пальцами была украшена звёздами, и Рид пыталась сосредоточиться на них, а не на агонии, сжигающей сердце дотла.

Традиции и честь, – вот то, что Рид понимала. Эмоции на самом краю сознания были ей незнакомы. Половина её души умерла вместе с Джимми. И хотя внешне она казалась сильной, внутри нее остались одни руины.

Мередит, Чейз и Изабелл сидели перед ней. Три пары глаз, полных слёз, всматривались в её лицо. Три причины быть сильной. Она опустилась на одно колено перед стулом Чейза.