Полночный ритуал

Высотин был простоватый, добродушный и недальновидный парень, которого беды каким-то невероятным образом обходили стороной. Даже пристроившись каким-то образом в крайне опасный преступный бизнес, он умудрялся оставаться почти в стороне от грязных дел. И хотя то, чем он занимался, мягко говоря, было не совсем законно, Высотин был вполне порядочным парнем, уверенным, что, не нарушая закон, в нашей стране не проживешь. Впрочем, тут Гуров внутренне вынужден был с ним согласиться, поскольку и сам, пытаясь вытащить друга из беды, действовал, мягко говоря, не полностью в рамках закона.

– Ну что, гражданин начальник, я могу быть свободен?

– С какого перепугу? – искренне удивился Гуров. – Тебя что, и раньше вот так вот сразу выпускали?

– Нет, конечно, – сник автомеханик. – Я же говорю, держали несколько дней в «обезъяннике». Потом приходил «важняк», забирал дело, и меня отпускали на все четыре стороны.

– А почему ты решил, что сейчас все по-другому будет?

– Ну, я думал, что вы мне поверили и поняли, чем все закончится в любом случае, – почти обиженно пояснил Высотин.

– А ты слышал поговорку: «сам заработал, дай заработать другим»? – с улыбкой произнес Лев.

– А-а-а, вон вы о чем, – рассмеялся парень, решив, что он намекает на дачу взятки. – Ну, вы хороший человек, гражданин начальник. Ради вас я даже дня три готов в «обезъяннике» посидеть. Я тогда весточку на день позже подам.

– Какую весточку? – насторожился Гуров.

– Обычную, – все еще улыбаясь, как малому ребенку, разъяснил Высотин. – Мы с начальством личную связь не поддерживаем вообще никак. Ко мне привозят товар, у меня его забирают, я веду учет. Выручку от того, что сам продал, обычно мой курьер отвозил начальству раз в сутки, если ничего экстренного не случалось. Задержка на двое суток тоже подозрения не вызывала, и никто вопросов не задавал.

"Гуров задумался. То, что у Высотина была возможность прямой связи с бандитами, одновременно и упрощало, и усложняло дело.