Полночный ритуал

Причем настолько тщательно, что даже пыли нигде не наблюдалось. К тому же в кухонном мусорном контейнере лежал свежий пластиковый мешок.

– А что, так и было, когда квартиру осматривали прошлый раз? – поинтересовался он у следователя.

Тот почему-то посмотрел на эксперта, а затем оба синхронно пожали плечами.

– Так, Лобов, опроси соседей, не приходил ли кто к Точилину в последние дни, – попросил следователя Гуров. – Заодно найди еще одного понятого, они нам могут понадобиться.

Пока Лобов занимался опросом, Лев не спеша осматривал квартиру Точилина.

Вся одежда была поглажена и аккуратно развешена в шкафах, а белье разложено по полкам. Ни грязной посуды, ни заношенных вещей, ни мусора абсолютно нигде не было. Постельное белье в спальне тоже дышало свежестью, а в комнате, служившей чем-то вроде рабочего кабинета, даже пепельница была кристально чистой. И ни единой пылинки на столах и подоконниках, ни одного грязного пятнышка на коврах и паркете. Он очень сомневался, что после прошлого осмотра квартиры полицейские убрали за собой и хозяином весь мусор. А это означало, что жилье привели в порядок не позднее чем позавчера. К тому моменту, когда Лев закончил поверхностный осмотр, вернулся Лобов с полной женщиной неопределенного возраста.

– Товарищ полковник, это Щипцова Мария Степановна, – представил даму следователь. – Говорит, что вчера на квартиру приходила молодая женщина. По ее словам, она уже давно ходит к Точилину, примерно два-три раза в неделю.

– Я и сама все могу рассказать! – грубоватым басом оборвала следователя соседка Точилина.

 – Приходит. Обычно по понедельникам и пятницам днем. Да и не она одна. Еще какая-то девица по субботам вечером приходит, в воскресенье уходит. Не поздоровалась, зараза, ни разу! И еще две в разные дни приходили. Одна чаще, другая реже. Но эти дамочки в выходные никогда не появлялись. А этот кобель сам обычно с субботы на воскресенье дома не ночевал.

– Гражданочка, попрошу без оскорблений, – попробовал вмешаться в ее монолог следователь.

– А я и не оскорбляю! – отрезала Щипцова. – Если он кобель, как его еще называть? Не сукой же!

– Мария Степановна, можете помочь составить фотороботы этих женщин? – прервал их спор Гуров.

– Могу. У меня память фотографическая, – подбоченилась соседка. – Я что раз увижу, навсегда запоминаю. Теперь и вас запомню!

– Ну, это не обязательно, – усмехнулся Лев. – А еще кто-нибудь в гости к Точилину приходил?"

"– Не-а, – покачала головой Щипцова.