Полюбить врага (СИ)

Стиснув челюсти, я отвернулась к окну, где пролетали фонари трассы, чувствуя, как грохочет сердце. От меня не ушло, что кривоносый тоже бесцеремонно оглядел меня.

– Хрен знает… А ты когда-нибудь вставлял беременной? – внезапно спросил он чуть ли не будничным тоном.

Лицо начало жечь от унижения. Я сжала до онемения ручку двери, отказываясь верить, что переживаю этот кошмар.

Конченные мрази! Убожества! Что б вы попередохли все…

– Неа, – отмахнулся парень. Затем мерзко растянул губы в улыбке и добавил: – Но уверен – в этом есть свой кайф!

Кривоносый тоже ухмыльнулся и многозначительно подметил:

– Дорогая длинная будет.

– А ну ёбла завалили нахуй! – внезапно громыхнуло спереди. Оглянувшись на подельников, бандит со шрамом стальным тоном объявил: – Пока телку не передадим, хоть хуями тритесь друг о друга – ее не трогать! Иначе лично вам бошки поотстреливаю.

Я впилась в мужчину ошарашенным взглядом, не зная благодарить его за это вмешательство или еще больше насторожиться.

Кому?!

А мерзавцы по соседству заметно ощетинились, но возражать не решились. И как-то сразу потеряли ко мне интерес. Слава Богу...

Отвернувшись к окну, я сжала дрожащие губы, чувствуя, как тело захватывает тихая истерика. Такого я бы точно не выдержала. Как я вообще смогу сохранить рассудок до встречи с неизвестным заказчиком – я не знала. Но сердце не желало верить, что это Вадим.

Нет.

Перед глазами отчетливо стояло лицо отца. Вот в его жестокость я могла поверить! Если он узнал, что я все-таки забеременела, гнев мог затмить его разум. И чем больше я думала, взвешивала, тем больше склонялась к тому, что меня как псы все это время отчаяннее всех искали Князевы. И нашли…

18

Отморозок не соврал – дорогая действительно оказалась долгой. Хотя ночь еще не кончилась, когда джип въехал на огромную территорию, похожую на частный аэродром, я была на пределе сил.

Несколько раз я порывалась попросить воды, но в итоге отказалась от этой идеи. Наемники едва позволили мне сходить в туалет, и то, скорее всего, чтобы салон не испачкала! Так что стало понятно – лимит их сострадания крайне ограничен.