Полюбить врага (СИ)

Те, что не вызывали никаких эмоций и те, что врезались в сердце ножом.

«Нет… Папа, нет!»

«Убогая дрянь! Ты решила, что достаточно самостоятельная, чтобы действовать за моей спиной?!»

Голос отца током вонзился в ушные перепонки. Я ведь до последнего таила надежду, не верила, что он отказался от меня. Думала, так папа лишь пытается проучить нерадивую дочь, наказать или вообще защитить от гнева остальных членов семьи! Но теперь-то у меня уже не осталось никаких иллюзий. Я для него стала чужой еще тогда.

Я для него буквально умерла.

«Я не желаю тебе смерти, Эльза. Я никогда не был тебе врагом!»

В груди заныло. Матвей… Мне было легче поверить в то, что он лукавил со мной. В то, что он предал меня, несмотря на свои уверения! Легче было думать так, чем смириться с мыслью, что в тот вечер с ним произошло что-то страшное…

«Отпусти меня… Пожалуйста, Вадим!»

Я сглотнула и поморщилась, словно от боли. Воспоминания, связанные с ним – единственно, что я не могла игнорировать или прогнать.

Хотя они несли боль и тоску, но вместе с тем внутри рождалось нездоровое удовлетворение. Это ведь все, что у меня осталось от него… Все, что у нас с малышкой осталось.

«Поздно хмуриться, Эльза. И жалеть уже поздно»

«Я не жалею!.. Но...что теперь будет, Вадим?»

«Ты останешься со мной»

Судорожный вздох сорвался с губ. Каждый раз, думая о Вадиме, я не переставала искать истину. Делала миллионы попыток понять его, распознать, что скрывалось за холодом бандита все то время, что я провела под его крышей? Что это вообще было между нами? Он ведь собирался отпустить меня, несмотря ни на что.

А сколько раз Вадим вставал на мою защиту? Я как будто ходила с завязанными глазами и не желала замечать очевидного. Но в то время было очень сложно отличить добро от зла.

Неожиданно в глазах потемнело. От переизбытка кислорода или от нахлынувших эмоций, но я перестала видеть даже фонари набережной и испуганно замедлила шаг. Однако жестокий мозг продолжал работать, испытывая мои нервы на прочность.

В подробностях продемонстрировал момент, когда я оттолкнула Вадима. А затем сделала еще больнее, собрав из острых осколков воспоминание о девушке в его постели…

Господи, зачем сейчас эти мысли?! Зачем они мучают меня?!

К счастью миг помутнения прошел, и я вновь различила свет фонарей, заставивший мою голову сосредоточиться на главном. Шмыгнув носом, я решительно ускорилась, однако в следующую секунду в ногах прошла слабость.