Полюбить врага (СИ)

В кабинете находилась еще одна дверь, через которую и вошла худощавая женщина в красивом розовом костюме. Уверенно оглядев всех присутствующих, она направилась к столу, куда аккуратно положила большую красную папку.

– Добрый день, господа! Невеста… – громко поздоровалась незнакомка, словно только теперь это было уместно. – Если всё готово, давайте приступим.

Никто не стал возражать и задерживать сотрудницу. Вадим подтолкнул меня подойти ближе к столу, Евгений отошел в сторону, а его сын остался стоять на месте.

Регистрация фиксировалась на камеру. Я поняла это, когда женщина, которая диктовала буквально каждый шаг, вставала под определенным углом, протягивая нам документы. Устройство было закреплено над сейфом, и на нем горела красная лампочка.

Сначала расписывался Вадим, затем я. Озноб сковывал мышцы, но я брала ручку твердой рукой. Просто не успевала осознавать что-то – все происходило быстро и продуманно. Хотя пристальное наблюдение Евгения и его сына нервировало, я почти не придавала этому значения на фоне всего, что происходило.

Наконец Вадиму протянули папку с документами.

– Это все? – требовательно уточнил он.

– Да. Брак официально зарегистрирован, – подтвердила женщина деловым тоном.

А в моей голове пролетело: ""все...""

Я больше не была Князевой. Отныне я являлась частью семьи Астаховых. И лучше меня никто не знал, что означает этот статус.

37

Пожимая руку теперь уже моего мужа, мужчины улыбались. Даже молчаливый сын Евгения Романовича показал эмоции.

Меня тоже не обделили вниманием. В какой-то момент Евгений Романович отошел от крестного, приблизился ко мне, и бережно обхватил ладонями лицо.

– Ну вот и свершилось, Эльза, – проникновенно сказал он. – Теперь мы – семья!

Мужчина по-отечески поцеловал меня в лоб, а я не смогла выдавить ничего, кроме вежливой улыбки. Встретившись взглядом с Вадимом, который пристально за этим наблюдал, невольно потянулась встать поближе к нему и мужская рука с готовностью поймала мою руку. Будто ему тоже было неспокойно надолго оставлять меня без своего контроля.