Полет летучей мыши

 – Но ведь у тебя, кажется, несчастная любовь, Отто? Может, тебе лучше сидеть дома и думать о чем-нибудь другом, а не соблазнять нормальных мальчиков?

Он тут же пожалел о своих словах. Но ему никогда не удавалось держать себя в руках, когда над ним потешались.

Отто разжал руку и обиженно посмотрел на него.

– Извини, не бери в голову, – сказал Харри.

Отто пожал плечами:

– В деле что-нибудь прояснилось?

– Нет, – Харри был рад сменить тему. – Возможно, кругом ее знакомых не обойтись. Кстати, ты был с ней знаком?

– Все, кто здесь часто бывает, знали Ингер.

– Вы с ней разговаривали?

– М-да. Иногда перекидывались словечком. Но по-моему, она была чересчур расфуфыренная.

– Расфуфыренная?

– Она вскружила голову многим посетителям. Одевалась вызывающе, посылала им долгие взгляды и улыбки, чтобы получить чаевые побольше. Это может быть опасно.

– Хочешь сказать, кто-то из посетителей мог…

– Я хочу сказать, что, возможно, вам не придется далеко ходить, констебль.

– То есть?

Отто посмотрел по сторонам и допил коктейль.

– Не бери в голову, красавчик. – Он собрался уходить. – А сейчас я последую твоему совету. Пойду домой думать о чем-нибудь другом. То, что доктор прописал.

Он махнул рукой одному из мальчиков в боа, тот подошел и протянул ему сигарету.

– Не забудь про мое представление! – крикнул Отто, уходя.

«Олбери» был забит до отказа. Харри тихо сидел и смотрел, как работает Биргитта. Он следил за ее движениями: за тем, как руки быстро наливают пиво, считают деньги и смешивают коктейли, как она оборачивается, как отточены ее движения – от бочонка с пивом к стойке и кассе.

Веснушчатое лицо просветлело, и он почувствовал, как быстро и радостно забилось сердце.

– Только что пришел друг Эндрю, – сказала она, подойдя к Харри. – Он навестил его в больнице и передает от него привет. Кстати, спрашивал тебя. Думаю, он пока за своим столиком.

Харри посмотрел туда, куда она показала, и сразу же узнал красивого чернокожего парня. Это был Тувумба, боксер. Харри подошел к нему:

– Не помешаю?

Ответом была широкая улыбка.

– Ни в коем случае. Садись. Я ведь пришел повидаться со старым знакомым.

Харри присел.

Робин Тувумба по прозвищу Мурри продолжал улыбаться. Непонятно почему повисла неловкая пауза. Из тех, которые никто не хочет признавать неловкими, хотя это именно так.