Полет летучей мыши

Когда они выходили из церкви, Харри выразил ей свои соболезнования, но вряд ли она их услышала – в ответ она кивнула и что-то пробормотала. Позади старухи стояла маленькая неприметная чернокожая женщина, державшая за руки двух девочек.

Пастор бросил на могилу горсть земли. Совсем как у лютеран. Харри знал, что Эндрю принадлежал к англиканской церкви, которая по количеству прихожан делила здесь первое место с католической. Но Харри, в своей жизни побывавший на похоронах всего дважды, не заметил никакой разницы в обрядах.

Люди начали расходиться. Некоторых ждали машины. Харри последовал за Биргиттой. Когда он поравнялся с ней, она остановилась.

– У тебя больной вид, – сказала она, не поднимая на него глаз.

– Ты не знаешь, какой у меня вид, когда я больной, – ответил Харри.

– То есть когда ты болен, вид у тебя не больной? – спросила Биргитта. – Но я просто говорю, что ты выглядишь, как будто болен. Ты болен?

Порыв ветра ударил Харри по лицу его же галстуком.

– Может быть. Немного, – сказал Харри. – Не то чтобы очень болен. Ты так похожа на медузу, когда твои волосы развеваются… и попадают мне в лицо.

Биргитта улыбнулась.

– Скажи спасибо, что я не jelly box-fish[88].

– Jelly что?

– Jelly box-fish, – повторила Биргитта. – Медуза, которая водится у берегов Австралии. Намного хуже обычной жгучей медузы…

– Jelly box-fish! – Харри услышал позади знакомый голос и обернулся. Это был Тувумба.

– How are you! – поздоровался с ним Харри и объяснил, что на сравнение с медузой его навели волосы Биргитты, которые лезли ему в лицо.

– Ну, будь это jelly box-fish, у тебя на лице появились бы красные отметины и ты бы орал как резаный, – заметил Тувумба.

Харри замахал руками:

– Спасибо, Тувумба, но на сегодня о смерти хватит."

"Тувумба кивнул. Сегодня на нем был черный шелковый смокинг с галстуком-бабочкой. Последняя деталь удивила Харри, и Тувумба это заметил.