Полет длиною в жизнь

Никто не знал, как долго продлится война, сколько жертв она потребует, сколько горя и страданий принесет."

"Правда, Кейт отнюдь не была несчастна. Она любила и была любима, и ее чистую радость омрачало только то, что Джо вынужден был сражаться с врагом в далекой Англии. Вряд ли она задумывалась о будущем, а если и задумывалась, то оно, несомненно, представало ей в самых радужных красках. Но Элизабет знала, что никаких гарантий здесь быть не может. Джо слишком напоминал ей дикую, вольную птицу, и предсказать, что он будет делать, когда кончится война, она не могла.

Да и никто не мог. Вот почему Элизабет отнюдь не разделяла уверенности мужа, считавшего, что Джо непременно женится на Кейт. Не будь она сама лицом заинтересованным, она могла бы убедительно доказать кому угодно, что вероятность этого ничтожно мала. Но поскольку речь шла о ее собственной дочери, Элизабет предпочитала не думать об этом, а положиться на мнение Кларка.

«По крайней мере, — сказала она себе, — они любят друг друга, а это не так уж мало».

Элизабет не знала, что, когда Джо рассказал Кейт о своем разговоре с Кларком, она страшно рассердилась на отца.

— Это отвратительно! — воскликнула Кейт, и ее голубые глаза гневно сверкнули. — Как он мог?!

Ей казалось, что родители пытаются принудить Джо жениться на ней, а такого брака Кейт хотелось меньше всего. Она считала, что покуда они нужны друг другу, все остальное не имеет большого значения, хотя если бы Джо предложил что-то в этом роде, она бы, конечно, не стала отказываться.

— Почему папа заговорил с тобой об этом? — требовательно спросила она. — Неужели он хотел заставить тебя жениться?

— Просто они волнуются, волнуются за тебя, — спокойно объяснил Джо. Он прекрасно понимал, что чувствовали родители Кейт, и ему было очень неловко. Еще ни разу ему не приходилось так подробно объяснять другим — и самому себе тоже, — чего он хочет и к чему стремится. — Они вовсе не собираются никого ни к чему принуждать, — добавил он.

 — Твои отец и мать хотят только одного: чтобы тебе было хорошо. Тебе, да и мне тоже… И, по совести сказать, это даже лестно — ко мне еще никто так хорошо не относился. Твои родители не выставили меня вон и не сказали, что я недостаточно хорош для их дочери, хотя у них есть на это полное право. И мистер Джемисон заговорил со мной не потому, что хочет насильно нас поженить. Его другое интересует…

— Что же? — спросила Кейт, все еще хмурясь.