Похититель ее сердца

– Наверное, какая-нибудь популярная юная леди – дебютантка. Каждый сезон появляется новая. Я слышала, в этом году все внимание обращено на леди Клэр Марчифилд. – Глаза Лавинии превратились в голубые щелочки. – Надеюсь, Сара, ты не слишком расстроена тем, что больше не являешься первой красавицей сезона. Этот титул так недолговечен.

– Я вовсе не расстроена, – ответила Сара. Похоже, Лавиния не может не говорить гадости, даже если старается.

– Тоже верно. С какой стати тебе расстраиваться? – Лавиния скривилась.

– Да, мне повезло, – пробормотала Сара.

– Что ты сказала? – не расслышала Лавиния.

– Ничего, – буркнула Сара. Она привстала на цыпочки, стараясь разглядеть, кто пришел.

– Виконт Беркли, – громогласно объявил дворецкий Холлистеров, и у Сары перехватило дыхание.

– Виконт Беркли? – эхом отозвалась Лавиния и сморщила нос. – Из-за виконта Беркли не может быть никакого шума.

В этот самый момент виконт Беркли собственной персоной начал спускаться по длинной лестнице, ведущей в бальный зал.

Да, это был Кристиан, которого она знала. Но одновременно не он. Он был чисто выбрит и пострижен. И… да, чего уж кривить душой, выглядел он божественно. На нем был идеально сидящий вечерний костюм, белоснежная рубашка, в меру накрахмаленный галстук, завязанный математическим узлом, и превосходные новые туфли. Светлые волосы были зачесаны назад, ясные голубые глаза сияли.

Она прижала руку к груди. Ей еще никогда не приходилось видеть его таким. Он выглядел хорошо отдохнувшим, здоровым и даже слишком красивым. И он сделал то, что она ему посоветовала. Он явно побывал у Хоби, Вестона, Мартина и Ярдли и был облачен в лучшие одежды, которые мог предложить Лондон. И они на нем сидели так, словно он в них родился! Несомненно, от него пахло свежесрубленным деревом.

Кристиан стоял рядом с Александрой Хоббс, младшей и намного более симпатичной сестрой Лавинии, и ее женихом лордом Александром Монро, известным щеголем и старшим братом Кассандры Свифт. Они его друзья, значит, в их присутствии он не испытывает робости и не будет заикаться.

– Боже мой! – ахнула потрясенная Лавиния. – Что случилось с этим несчастным заикой?

Сара не могла ничего сказать.