Пока медведица на небе

Твое МЧС сюда ехать будет четыре часа, за это время ее мозги не только вытекут, но еще и сварятся на ярком краснодарском солнце. Понятно?

– Да, – послушно ответил Карл.

– Смотри, я у деда веревку нашел, но особо искать было некогда, и взял хиленькую, ни ты, ни она меня не выдержат, потому что я, в отличие от тебя, что?

– Что? Толстый? – рассеянно ответил Карл.

– Неправильно, – нисколько не обиделся Саня. – Потому что я богатырь, – по слогам произнес свое звание он. – Вывод – спускаться придется тебе. Ты парень спортивный, руки сильные, удержишься на веревке.

Говоря все это, Саня одновременно привязывал край веревки к стволу ели, растущей в проеме церкви.

– Вот мы с елкой тебя будем здесь ждать, вперед, – скомандовал Санёк, почувствовавший себя начальником спасательного отряда.

Карл сбросил верёвку в дыру и начал спуск, веревка была тонкая, и руки скользили по ней. Надо отдать должное, Карл боролся очень долго, но в какой-то момент руки соскользнули, и он полетел вниз.

* * *"

"Пахло пылью, затхлостью и еще чем-то родным и близким, чем-то настолько хорошим, что Карл, еще не открыв глаза, улыбнулся.

– Тебе больно? Я на тебя упал? – спросил Карл тихо.

– Нет, Карл Юрьевич, вы приземлились рядом, мне почему-то вообще не больно.

– А может, вытекает ненужное? – пытался неумело успокоить её Карл. – Вот сейчас говорят, что аппендицит совершенно не нужен для нашего организма, я слышал, японцы его удаляют у младенцев сразу после рождения.

– Мне кажется, это не аппендицит, – сказала Клава. – Мне говорили, он в животе.

– Да, я тоже слышал об этом, – подтвердил Карл, – но мало ли.

И, погладив рукой по мокрой щеке, залюбовался ею.

– Все будет хорошо, – все так же тихо сказал Карл, – я обещаю, – ком стоял у него в горле, поэтому слова выходили какими-то трагическими.

– Ребята, вы там как, живы? – послышалось сверху.

– Саня, поторопись, у меня паника, – взмолился Карл.

– Мы делаем все, что в наших силах, – растерянно сказал Санёк.

– Прекрати говорить казенными фразами и делай что-нибудь, – скомандовала Клава, еще пять минут назад разговаривая тихо и жалобно.