Пограничник. Том 6: Шпионские игры

И даст нам шанс не просто спастись, а выйти победителями из этого противостояния.

— Мне нужны доказательства его предательства. Нужно что-то весомее, чем слова шурави, — сказал Нафтали, немного повременив.

Я кивнул:

— Заставь Шера поклясться, Нафтали. Его взгляд в этот момент — вот что будет для тебя главным доказательством предательства твоего младшего командира.

Глава 14

Нафтали сверлил меня суровым взглядом. Молчал.

— Я против, Саша, — проговорил Шарипов. — Он может предать нас в любой момент.

— Пусть только дернется, — Наливкин нахмурил брови.

Мы готовились к передаче командира «Чохатлора». Душманы уже ждали нас за забором двора мечети. Они пришли конными. Масловы насчитали больше тридцати человек. Сложно было сказать — явились ли «Аисты» в полном составе или всё же оставили какой-то резерв в горах.

Предполагалось, что в конвое, который поведёт Нафтали к Шеру, будут четыре человека: оба капитана, Глушко и я. Остальные четверо спецназовцев вместе с Нарывом и освобождёнными нами пленниками забаррикадировались на втором этаже.

Парни, которых мы освободили из заброшенной пастушьей хижины, несмотря на ранения, решительно заявили, что тоже хотят поучаствовать в обороне мечети. Оружия для них у нас не было. Потому Наливкин приказал им метать гранаты и подносить патроны бойцам.

Нельзя было исключать, что всё пойдёт не по плану. Тогда все, кто сейчас на втором этаже, останутся последней линией обороны.

— Если душман согласился вывести этого своего Шера на чистую воду, — продолжал Шарипов, — то это не значит, что мы можем доверить ему оружие.

— Нож — символ его силы, — суховато заметил Наливкин.

Нафтали по-прежнему молчал. Ждал, что же мы решим.

— Отдайте ему его нож, товарищ капитан, — сказал я, глянув на Наливкина.

— Саша, — Шарипов ступил ко мне, положил руку на плечо. — Риск и так слишком велик. Зачем всё усложнять?

— Нож нужен ему, — обернувшись к особисту, я кивнул на Нафтали. — Это элемент ритуала.

— Это он тебе сказал? — насупился Шарипов.

— Я доверяю Селихову, Хаким, — сказал Наливкин. — Мне казалось, ты тоже.

Шарипов сглотнул слюну.

— Доверяю. Но это не значит… — Он осекся. Не закончил своей мысли.

— Нож — важен, — надавил я, перебив особиста.

— Глушко! — позвал Наливкин.

— Я!

— Достань нож из вещей этого душмана. И принеси.

— Есть!

Когда Глушко прибежал к нам через минуту, то протянул капитану Наливкину кривой нож в чёрных кожаных ножнах.