Пограничник. Том 6: Шпионские игры

— У вас есть идеи, товарищ капитан? — спросил я.

Шарипов задумчиво нахмурил брови. С хрустом почесал подбородок, на котором уже проступила синеватая трёхдневная щетина."

"— Сейчас у нас на руках серьёзный козырь, — сказал он, указав взглядом на командира «Чохатлора», — неплохо было бы выдвинуть душманам ответные условия. Да только это не так просто. Они выходить на контакт больше не спешат, а отправлять туда кого-то из наших — совсем глупая затея.

Мы с лейтенантом Масловым переглянулись.

— Мы пробовали запустить ракету час назад.

— Время играет против нас, — угрюмо сказал Ефим. — Если буря разыграется сильнее, они могут попытаться штурмовать мечеть. А если мы просидим тут до ночи, штурм будет почти наверняка.

Внезапно главарь бандитов что-то сказал. Все, кто был рядом с ним, глянули на одноглазого. Даже Буля, казалось, совершенно потерявший всякий интерес к разговорам людей, резко вскинул голову и навострил уши.

Тот сидел сгорбившись и не отрываясь смотрел на меня.

— Что он сказал, товарищ лейтенант? — переспросил я у Маслова.

— Говорит на дари, — ответил тот, — я сам не очень хорошо говорю на нём.

— Переводить сможешь? — спросил напрягшийся Шарипов.

Наливкин уже пытался допросить главаря «Аистов», но тот молчал, словно рыба. А ещё он отказывался от воды, еды и медпомощи, даже несмотря на то, что некоторые его раны открылись и стали кровоточить.

Не ответив, Маслов неуверенно кивнул. Бросил одноглазому несколько слов. Тот ответил низким, утробным голосом. Маслов растерянно нахмурился. Посмотрел на меня.

— Он хочет поговорить с тобой, Селихов.

— О чём? — бросил я.

Маслов спросил. Одноглазый ответил.

— О тебе, — снова обернувшись, сказал Маслов.

Я хмыкнул. Что ж, это интересно. Не сказать, что я горел особым желанием разговаривать с этим бандитом, но всё же решил поговорить. Если он что-то задумал — то утихомирить его.

— Скажите ему, что я не против.

Дальше разговор между мной и одноглазым пошёл через лейтенанта Маслова.

Прежде чем сказать что-то ещё, одноглазый долго смотрел на меня. Громко, словно дикий бык, дышал.

— Моё имя, — наконец начал главарь бандитов, — Батубр Нафтали.