Пограничник. Том 3: Шамабад должен гореть!

Если она и может на кого-то злиться, то точно не на тебя.

Внезапно подул жестокий ветер. Ливень, хлеставший прямо, стало задувать под углом. Канджиев закутался в плащ-палатку, пряча лицо от колких капель."

"Ветер задувал их дальше, к Пянджу, туда, откуда должны были скоро прийти душманы. Он словно бы старался отогнать нарушителей, которым быть тут не полагается.

Будто бы сама Граница протестовала против того, что через нее должны были перейти «чужие». Враги, которым тут не место.

— Расстегни ему наручники, Алим, — сказал я, сжимая мокрый ремень автомата на плече.

— М-м-м? — Повернулся ко мне Алим.

— Сними, — я указал на наручники, сковывающие Курбана, — они идут.

Вдоль скалы, сопротивляясь ветру, тяжело шагали люди. Их темные силуэты множились с каждой секундой. Будто бы «раздваивались», словно головы дракона из сказок, отраставшие по двое на месте одной отрубленной.

— Приготовься, Алим, — сказал я решительно и выступил им навстречу, — постарайся переводить их речь. Если что, говорить буду я.

Глава 2

Сразу сложно было понять, сколько приближается врагов.

Темные силуэты один за одним выступали из-за скал, и, казалось, им не было конца. Воображение рисовало, что вот через мгновение, к нам выйдет десяток душманов, а за ним еще десяток, и еще.

Однако я знал, что у страха глаза велики. Знал и не поддавался этому. Когда седьмой душман показался на тропе, я понял, что группа была не очень большой.

В принципе, это было логично. Ведь сегодняшней их задачей стал не набег с целью убийства и захвата пограничников.

Алим посерьезнел. Его лицо ожесточилось. Прямой и стройный, как стрела, он стал по правое плечо от меня. Казалось, страх покинул душу пограничника. Я видел, что он не боялся врагов. Только «воля Границы», в которую так верил этот странный человек, страшила Алима.

Курбан продолжал трястись, но руки опустил. Безотрывно смотрел он на приближающихся бандитов, словно загипнотизированная мышь перед коброй.

Душманы приблизились. Встали перед нами. Одетые в теплые халаты, они закрыли лица плотными шерстяными куфиями. Только семь пар злых, враждебных глаз поблескивали в темноте, будто это были глаза шакалов.

Алим странно пошевелился. На мгновение, едва повернув голову, бросил взгляд на сопку, где засела засада. Видимо, искал внутренней силы в том, что там ждут товарищи.

Вел душманов крепкий и рослый мужчина.