Пограничник. Том 3: Шамабад должен гореть!

Легок на помине, — пожал плечами Алейников.

Таран встал у входа. Пошарил по залу взглядом. Он явно кого-то высматривал. Когда глянул на меня, стал торопливо пробираться к ряду, на котором сидели мы. Когда подошел, как-то строго спросил:

— Саша. Селихов. Можно тебя на два слова? Отойдем в сторонку.

Я глянул на часы.

— До начала пять минут. Давайте дома поговорим, товарищ старший лейтенант.

Таран уставился сначала на Алима, потом на Стаса. Обернулся к входу. Снова глянув на меня, бросил:

— Это срочно, Саша.

Глава 6

Алим со Стасом стали недоуменно переглядываться.

— Ну пойдемте.

Мы с Тараном протиснулись к широкому окну, наполнявшему зал солнечным светом.

Таран несколько мгновений помялся в какой-то нерешительности. Потом, видимо, взяв себя в руки, сказал:

— Давай сразу к делу Саша, — начал он, — в группе духов, что мы взяли, был один человек. Мучжина с курчавой, светлой бородой. Он сильно отличался от остальных.

— Видел, — сказал я, — он назвался именем Ахмад."

"Серьезный до того Таран вдруг изменился в лице. Пусть изменение это было таким мимолетным, что уловить его мог только очень внимательный глаз, я все равно заметил его.

Если бы мне нужно было описать выражение лица шефа одним словом, наиболее подходящим бы стало… смятение.

Впрочем, Таран быстро взял себя в руки и натянул бесстрастную маску.

— Ты говорил с ним? — Спросил он внезапно, — о чем-нибудь разговаривал?

— Ахмад говорит на русском языке гораздо лучше, чем на пушту.

Тут Таран уже не смог сдержать эмоций. Его лицо стало скорбным.

— Как долго? — Спросил он, немного помолчав, — Это были какие-то дежурные разговоры? Может быть, вы что-то обсуждали?

— Немного поговорили за жизнь, — ответил я с подозрением.

Таран нерешительно поджал губы. Нахмурив брови, отвел свой мрачный взгляд.

— Саша, сегодня, до боевого расчета, приходи ко мне в канцелярию. Есть разговор.

Шеф осмотрел многолюдный и галдящий зал клуба.

— Разговор не для посторонних ушей.

— Хорошо, зайду.

— И пожалуйста, особо не распространяйся, о чем я тебя спрашивал.

— Я не привык болтать попусту, — пожал я плечами.