Поглощенные обманом

И теперь я хочу использовать это, чтобы он не отступил обратно к своим хорошо выстроенным стенам.

Из-за его безразличия я в первый раз сошла с ума. Я так сошла с ума, что подумала, что это хорошая идея – послать к нему странного двойника, а потом прыгнуть со скалы.

Я не думаю, что смогу это сделать. Я не могу справиться с этой его стороной.

Поэтому я решаю сделать то, чего никогда не делала.

Адриан смотрит на меня, сдвинув брови, и глаза у него такие серые, что чернеют в темноте. Меня даже не волнует, что мы находимся в полупубличном месте, и что любой может пройти мимо и увидеть, как я стою перед ним на коленях.

Я тянусь к его ремню и расстегиваю его, мои бедра сжимаются от напоминания о количестве удовольствия и боли, которые этот ремень приносил мне на протяжении многих лет.

Он позволяет мне освободить свой член, и мне приходится использовать обе руки, чтобы схватить его.

– Что ты делаешь, Лия?

Глядя на него, я предлагаю ему то, что мы оба хотим.

– Трахни мой рот, Адриан.

– Ты действительно думаешь, что я хочу этого после того, чему только что стал свидетелем?

Я скольжу рукой от основания вверх, а затем вниз, добавляя давление, имитируя тот же уровень насилия, который он обычно использует на себе, прежде чем кончить на мою грудь, задницу или киску.

– Ты хочешь. Тебе нравится наказывать меня.

Мой темп ускоряется, полагаясь на чистый инстинкт, когда я наклоняюсь, облизываю предэякулят с кончика и всасываю его в рот.

Глубокий стон срывается с его губ, и я использую его как стимул, чтобы ускорить то, что я делаю. Странное чувство силы, смешанное с возбуждением, поражает меня. Мои бедра сжимаются, а сердце стучит так громко, что чуть не разрывает грудь.

Я та, кто доставляет ему удовольствие сейчас, причина, по которой он издает благодарные звуки и твердеет у меня во рту.

Адриан погружает свои сильные, худые пальцы в мои волосы, затем тянет меня за них назад. Я не отпускаю кончик его члена и не отпускаю руки, когда смотрю на него.

Его рост заслоняет тусклый свет, проникающий через вход в переулок, и он выглядит как генерал, воин.

Или, может быть, он все еще дьявол.