Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет. Книга 2

Медичи еще что-то сказал, но, как только его ладонь вновь сжала мои волосы и с силой дернула за них, я перестала что-либо слышать или видеть. Те импульсы достигли своего предела и нахлынули горячими ощущениями, отправляя меня в другую вселенную.

Я выгнулась и громко застонала. Все тело пробили судороги и легкие начало жечь от нехватки воздуха. Лишь спустя несколько бесконечно долгих секунд, поняла, что какое-то время не дышала из-за чего сразу же сделала пару глубоких вдохов.

Последние толчки Медичи были особенно глубокими и я прекрасно ощутила, как его член начал пульсировать во мне.

Все еще тяжело дышала и дрожала, но разум немного прояснится и, первым, что я ощутила, была жуткая ненависть уже не только к Медичи, но и к себе за то, что в постели Винченсо получила удовольствие. Он забрал не только мою девственность, но и мой первый оргазм.

Меня от этого ломало и разрывало на части. Хотелось провалиться сквозь землю и попасть в Ад, лишь бы больше не находиться рядом с Винченсо.

Глава 9 На колени

Тело горело и я тяжело дышала. Собираясь с силами, куталась в одеяло и пыталась сесть на кровати. Как только мне удалось это сделать, я повернула голову и посмотрела на Медичи. Все еще одетый лишь в брюки, он стоял на балконе и курил, разговаривая с кем-то по телефону. Я не слышала слов, но по суровой жестокости во взгляде Винченсо, предположила, что этот разговор был крайне тяжелым.

Я поерзала на матрасе и мысленно чертыхнулась. Все тело ныло и местами отдавалось гулкими, болезненными вспышками. Коленки дрожали, а между ног жгло и остро пощипывало. Вообще создавалось впечатление, что меня несколько раз переехала машина, но радовало уже то, что Медичи меня не порвал, ничего мне не сломал, и не раздавил своим невероятно огромным телом. Хотя, честно, мне казалось, что все это возможно.

Винченсо вернулся в спальню и бросил телефон на подоконник.

— Ты получил то, что хотел. Теперь отпусти меня, — сказала твердо. Теперь уже даже не пытаясь хоть немного скрыть свою ненависть, так ярко горящую у меня в глазах.

— Отпустить? — Медичи приподнял бровь и немного склонил голову набок. — Нет, Мелкая. Мы только начали.

— Когда ты меня отпустишь? Я не хочу тут больше находиться. И мне меньше всего на свете хочется, чтобы ты вновь прикасался ко мне, — вспылила.

— Меня это не волнует, — в голосе ощутился холод.